Осколки Сампо

Радостной была встреча Антеро с Тиэрой – широкоплечим коренастым человеком с лохматой бородой, торчащей в разные стороны. Вместе расстелили на траве скатерть, расставили угощения, а Тойво и Антеро достали из мешка берестяной туесок с мёдом, припасённый в подарок друзьям.

Перед началом пиршества все взоры обратились к священной роще, и статный пожилой мужчина в кафтане зелёного сукна – исанто Савонкоти – громко произнёс:

– Дорогие гости, прошу всех на пир Укко!

Тотчас женщины принялись раздавать гостям главное кушанье праздника – мясо жертвенных быков и приготовленную на мясном отваре кашу – её варили в тех же особых котлах, заранее доставленных в рощу.

Всего этого хватило каждому из пришедших, хватило и праздничных блинов – куанала, – маленьких, круглых и золотистых, означавших собой яркое солнце будущего лета. Вдоволь было пирогов, рыбников и калиток и прочего угощения.

Начало пира, подобно вчерашнему, прошло в полном молчании, однако продолжалось оно недолго: покончив с мясом, все снова обратились к священной роще, и снова прозвучал зычный голос исанто:

– Укко, Хозяин небесный, Рауни, Земная матерь! Вы всегда выращивали для нас хороший урожай, кормили свой народ и угощали нас обедом из своих запасов.

Мы благодарим вас за всё и просим вырастить этим летом урожай ещё лучше и обильнее, ибо известно вам, что людей у саво прибавилось. Пока сияет солнце, пока светит месяц, да будет так!

После благодарения богам повсюду зазвучали разговоры и смех, то тут, то там запевали весёлые песни, по рукам пошли ковши и кружки с ячменным пивом и квасом.

– Вот так и живём. – Наевшийся до отвала Тиэра разлёгся на солнышке, улыбаясь в бороду. – А отчего не жить? И сами стараемся, и боги не оставляют!

– Оно и видно, дружище! – отвечал Антеро. – Живот ты отрастил, как мишка по осени!

– Это запас про чёрный день! – Саво гордо выпрямился, хлопнув себя по животу. – Усохнуть никогда не поздно, запомни! А быков этот раз, право слово, знатных привели! У большего из них от рогов до хвоста белка три дня бежала, не останавливаясь, а уж как рожищи кверху поднимались! Ей-же-ей, не вру, цеплялись за них тучки, и становилось оттого в Савонкоти пасмурно!

– Белка, говоришь, три дня бежала? – хитро прищурился Антеро.

 – Не верится.

– Ну не три, ладно, два, – нехотя отступал Тиэра.

– И всё равно не верится!

– До чего вы, карелы, вредный народ! Полтора, сдаюсь! Но уж никак не меньше. И последние полверсты добегала ночью.