Генерал Империи – 2

Все то время пока мы готовились к штурму, мятежники не сидели на месте. Они малыми группами вылетали из-за стен «Черной заставы» и пытались атаковать имперские корабли совершенно в разных местах, но особого успеха в таких вылазках не имели. Возможно и потому, что моральный дух осажденного флота в связи с гибелью своего прежнего лидера сильно упал, а новый вождь в лице генерала Тарика Хана еще не заслужил уважения и веры в себя. Имелась бы возможность, и большинство повстанцев давно бы разбежались, если бы не были сейчас окружены.

– Атаковать нужно сразу со всех направлений, одновременно, – уверенно заявил Усем Бадур, присутствуя в качестве легата на военном совещании на борту флагманского «Клаузевица».

Генералу не терпелось поставить точку в этой войне и показать себя с лучшей стороны во время штурма. В погоне за собственной славой и почестями, Бадур не считался ни с какими потерями.

– Могу я высказать свое мнение? – неожиданно для всех произнес я.

Командующий Дессе кивнул головой, давая мне слово.

– Даже самое трусливое создание в Галактике Млечного Пути будет драться до последнего, если оно заперто и не имеет шанса вырваться, – сказал я. – Мятежники напуганы и растеряны. Многие из них готовы сдаться, но знают о новом указе императора «Не брать живых», и поэтому будут сражаться храбро. В условиях предстоящего тяжелого штурма наши потери в результате этого могут стать огромными. Я предлагаю во время атаки оставить экипажам Тарика Хана маленькую «лазейку» и отвести из одного из секторов окружения наши корабли.

– Это непостижимо! – возмутился Усем Бадур, вскакивая с места. – Выпускать этих разбойников, когда у нас есть шанс покончить с ними раз и навсегда?! Уж не знаю, как относиться к подобным высказываниям, как к предательству или как к трусости…

Все сидящие за столом на совете легаты и старшие командоры были крайне возмущены таким словам Бадура обо мне. Часть из присутствующих, либо знала меня лично, либо были наслышаны, а после того, как с помощью «Одинокого» я покончил с лидером восставших – учителем Вей Джан Гоу, не было ни одного человека, готового заподозрить меня в трусости и тем более в предательстве.

Я же, не желая разжигать конфликт, скромно сидел в кресле, будто не замечая оскорблений в свою сторону от этого наглеца. Бадуру я уже давно, еще после инцидента в системе «Мира», собирался снести голову с плеч на дуэли. Но решил это сделать позже, после завершения кампании против мятежников.