Адмирал Империи – 1

Помнишь, которую я недавно слушал… Включи и сделай погромче…

– Она же древняя, как псалмы, – недовольно отозвался тот,– ей уже больше двухсот лет! Это, что песня вашей молодости?

– Выполняй и не пререкайся, юморист!

– Ладно–ладно, включаю… – буркнул Сашка, ища нужный файл. – По заявкам наших ветеранов звучит ретро-композиция конца 20-го века: «Ты мой ночной мотылёк»… Дамы могут приглашать кавалеров…

По всем отсекам корабля зазвучал приятный женский голос из далёкого прошлого.

– Как я обожаю музыку тех веков, – зажмурился Иван Савельевич.

– Песенка, точно в тему, командир! – закивал Козырь, вслушиваясь в текст и даже начиная слегка подтанцовывать. – Как думаете, что именно семейка Бахов тайно перевозит из «Мадьярского Пояса»?

Так казаки, веселясь и балагуря, добрались до входа в кают-компанию.

– Сейчас мы это и узнаем, – ответил Иван Савельевич, открывая дверь…

Первое, что они увидели или вернее кого – была их старая знакомая Большая Капа, которая связанная лежала на полу и дикими от ужаса глазами смотрела на них.

Рядом с женщиной в больном кожаном кресле сидел молодой темноволосый воин в чёрной боевой броне. Всё остальное пространство каюты занимали несколько десятков солдат, направивших свои автоматические винтовки на вошедших. По красному цвету в одежде, прикрывавшей надетые на них доспехи, и высоким стилизованным шлемам, казаки сразу узнали своих давних кровных врагов. Это были янычары – солдаты основных штурмовых подразделений османского флота.

Русские мгновенно вскинули оружие и защёлкали предохранителями.

– Попили чайку…– выдавил Козырь.

– Что-то аппетит у меня совсем пропал, – промолвила Поля.

– Простите меня, ребята, – со слезами на глазах повернулся к казакам, Гена, – я не мог предупредить вас… Они приказали молчать, иначе убьют жену…

– Понимаю тебя, – хмуро кивнул Иван Савельевич, в это время пытаясь незаметно включить свой переговорник на громкую связь, – но боюсь, что они убьют её в любом случае…

– Не старайся, – увидев движение казака, сказал, улыбнувшись, осман, сидящий в кресле, – «глушилки» связи уже работают, ты не сможешь никого предупредить.

Осман оказался прав, музыка перестала звучать, как только команда вошла внутрь отсека.

Темноволосый офицер поднялся с кресла и медленно подошёл к казакам вплотную. На его доспехах, на идентификационном жетоне светилось имя и звание:

«Яман Каракурт. Капудан-паша. Линкор «Абдул Кадир»».