Пробуждение Евы

Я сказал, что это был последний разговор с Френки, но еще раз я его в своей жизни все-таки увидел, и этот раз мне запомнился навсегда.

Глава 6. Первый, кто был не равнодушен

Перед описанием того дня, скажу, что судьба обошлась со мной не менее жестко, чем с этой троицей. После второй аттестации наш класс расформировали, ушли все мне ненавистные личности, но вмести с ними ушла и Джулия. Её распределили в детский обучающий центр помощницей воспитателя. Почему она не захотела учиться дальше я не знаю, мы с ней больше не общались, и вся моя шестилетняя попытка сблизиться со своей первой школьной любовью провалилась с треском.

Меня распределили в класс повыше «D», где я и провел остальные два года. Я был словно тень, никого не трогал, и меня никто не трогал. Вспоминаю, что были пара девушек, которым я нравился, и они хотели общения, но я их обидел своим равнодушием, и они оставили это бесполезное занятие. Теперь, вспоминая свою обиду на весь мир, я понимаю, как я был не прав, мне жизнь дала шанс все исправить, а я его не использовал.

Я уже не мог скрывать свои способности, все домашние задания я делал прямо в школе, как только их получал в свой планшет. Я увлекся программированием еще давно, но за эти два года я полностью окунулся в этот мир. Я написал программу, которая решала все уравнения за меня, я не видел смысла в изучении правил и постоянном закреплении их через решение однотипных задач. Таким образом я развлекался, но серьезного применения своим способностям я так и не нашел.

В конце 12-го класса, мы случайно встретились с Линдой Гамильтон в коридоре, она стала чуть старше, ей было примерно 40 лет тогда. Она уже не боялась меня, а скорее наоборот, возможно, заигрывала. Мне было тогда

18 лет, но я по-прежнему не знал, что делать в своей жизни.

– Чарли! Наслышана о тебе, за последние 2 года ты сильно подрос!

– По родному языку все равно «3», магистр Гамильтон.

– Магистр…. так официально ты меня называешь теперь? – ухмыльнулась она. – неужели настолько старой выгляжу?

– Линда, вы просто неотразимы! Но у вас знак магистра, теперь и я обязан в стенах школы называть вас на Вы. – в ответ подшутил я.