Взрослые игры

А тангенсы и котангенсы не нужны никому. Ни- ко —му— произнесла затем нараспев она.

– Но, это же школа! И нельзя так вообще, – растерялся отец, берясь за второе крыло.

– И что? Я сама знаю что школа и что дальше то?

– Ксения!

– Ну что Ксения, что Ксения? Вот ты в школе хорошо учился?

– А как же! – гордо произнёс отец, широко расправляя плечи.

– Замечательно, а дальше то что? Тебе это что-то дало в жизни? Вон, троллейбус свой водишь уже лет пятнадцать и ещё столько же будешь водить.

– А чем тебе моя профессия не угодила? Очень нужная, между прочим.

Мать, давай второе! – и отставив пустую тарелку, отец взглянул на дешёвые китайские часы, висевшие на стене.

– Сам возьми! – донёсся с зала голос, – Не видишь, я занята!

– О, Господи! Чем ты там хоть таким занята? Опять небось начальника своего обсуждаешь? На работе всё никак не наобсуждаешься, – и недовольно кряхтя, он поднялся со стула, выпячив свой, начавший расти живот.

– Профессия может и нужная, но школа тут не причём однозначно.

На, мои макароны доешь, не хочу я, – поднялась следом за отцом Ксения.

– А ты чего? Поправишься боишься? – усмехнулся отец.

– И поправиться тоже. Кому я, толстая, буду нужна? Мне ведь не 44, как Людке с восьмого этажа. Я думала ей лет 60, пока паспорт её не нашла. Хоть бы шоколадку принесла за него, сволочь. Обычно полные добрые, а эта…

– Да как ты разговариваешь? Хамка! Много ты назарабатывала! – и плюхнув на недоеденные дочерью макароны здоровенный кусок колбасы, отец возмущённо зашевелил усами, словно потревоженный ночью таракан.

– А мне ещё рано зарабатывать: я ещё в школе учусь. Успею ещё. Но, хочу тебя разочаровать: о твоей профессии точно не мечтаю. Как-то не прикалывает в три утра вставать.

– Ну конечно, – наколов колбасу на вилку, отец откусил приличный кусок" Докторской», и не утруждая себя прожевать его до конца, добавил: – Ты ведь только ложишься в это время. В Интернете сутками сидишь. Зря мы тебе ноутбук купили, ох зря. Ладно, не смотри на меня как на врага народа: что в школе то натворила?

– Да что ты пристал со своей школой? Ничего не натворила, давай ешь свои макароны! – и зачем-то поправив скатерть на столе, Ксения решительно направилась в свою комнату, где устало плюхнулась на старенький диван.

Из всего того, что произошло с ней за последнее время позитивного, явно выделялось лишь одно: получение отцом новой квартиры и соответственно, выделение затем ей собственной комнаты, без которой она бы точно сошла с ума.