Аркадия: Обреченный

Нашел того, кто мне помогал и разорвал на части. И вот только неделю назад мне все же удалось сбежать. Нашелся еще один глупый смельчак, который помог мне. Родрик, вероятно, уже ищет меня. Найдет меня – найдет и тебя. Найдет тебя – пиши пропало.

– Почему пиши пропало? Если он найдет меня, только мне будет грозить смерть. Вас то он не посмеет тронуть.

Карон с удивлением посмотрел на Дэмиена. Будто бы парень сморозил глупость. Видимо, так оно и есть.

– Ты действительно так думаешь, Дэмиен? Ты хоть представляешь, на какой риск мы пошли, приютив у себя преступника? Ты думаешь, когда Родрик найдет тебя, нас он погладит по головке? Черт, да он при первой же возможности отдаст нас на съедение Золотому ордену и королю.

И мы понесем полное наказание за сокрытие убийцы.

– Простите, не подумал, – Дэмиен стало стыдно.

Парень вспомнил ту ночь, ставшую роковой для него. Вспомнил суровое лицо отца, когда тот отчитывал сына, вспомнил смеющееся лицо Нормана, когда на него кричал старик Том, вспомнил самого Тома, ворчливого повара.

Выступили слезы. Дэмиен тут же вытер их.

– Он не дурак и знает, что Вунтагор – единственное безопасное место для меня. А также знает, что сюда ему путь заказан, – ответил Дэмиен.

– Верно. Он знает, что вы здесь. Ваш друг Норман все ему рассказал. И про вашу силу тоже.

– К тому времени как я отсюда выйду, он уже забудет о моем существовании.

– А вот это вряд ли.

– Меня больше интересует, – присоединился к разговору Карон. – Забудешь ли ты? Ты все еще хочешь отомстить?

– Уже не так сильно, – сказал Дэмиен.

 – Не вижу смысла. Смерть брата не вернет мне отца. Его смерть так же не сделает меня лордом. Тогда какой смысл? Но и оставить его безнаказанным тоже нельзя.

На самом деле Дэмиен так не считал. Конечно, он хотел отомстить. Но самое главное – подойти к своему брату, посмотреть ему в глаза и задать один единственный вопрос: «Почему?». Почему он убил Матиаса Фостера, своего отца и обвинил в этом брата прежде, чем во всем разобраться.

Родрик всегда строго относился к Дэмиену. Значит, за все эти годы старший брат показывал не строгость. Он показывал ненависть. Ненависть и открытое презрение.

Карон велел Дэмиену возвращаться к себе. Сам же встал из-за стола, подошел к окну, держа руки за спиной. Он вглядывался вдаль. Окна в его кабинете выходили на юг. Карон продолжил разговор с Морганом, не отворачиваясь от окна.

– Зря ты напомнил ему о той жуткой ночи, – сказал Карон.