Вернуться с утренней зарёю

Он смотрел то на верхние ветки, то на поднимающуюся рысь… То вытягивал раненную заднюю правую лапу и быстро лизал её, как будто надеялся за короткие мгновенья вылечить. Но боль не проходила и лапа не вылечивалась. Он наступал на неё, пробуя силу, но результат заставлял его только затравленно шипеть. Там, где он находился, ствол берёзы был довольно толстый и свободно доступный для рыси. Лезть наверх сейчас у него не хватало здоровья. Оставалось дойти до конца горизонтально расположенной ветки, которая не выдержит тяжести их двоих, надеясь, что рысь не рискнёт там к нему приблизиться.

Что он и сделал. Правда, сделал, с большим нежеланием. Потому что было достаточно высоко. А не очень охота лететь вниз, когда достаточно высоко. К тому же неохота лететь вместе с рысью, которая вцепится в него всеми когтями. Как неуютно на краешке тонкой ветки.

А рысь тем временем добралась до развилки, где он был раньше.

– Всё, – подытожила она, вставая на все четыре лапы.

– Чего всё, собака потная? – с отчаянной решимостью стал грубить ей Сергей.

 – Чего всё?

– Собак потных не бывает, – получил он в ответ. – Это я тебе как кинолог говорю. Нет у собак потовых желез. А всё – это тебе, гад.

– Ты ничего мне не сделаешь! Ты сейчас просто бесишься и не соображаешь…. Не соображаешь, что ты рысь, а не человек, что не знаешь, почему ты здесь… И не знаешь, где это ЗДЕСЬ!

Рысь дошла до того места, где ветка под её весом стала заметно провисать. Она была недалеко от кота, на расстоянии обычного прыжка. Но прыжок с раскачивающейся тонкой ветки вещь необычная.

Да и к чему он приведёт? Она внимательно осмотрелась, подобралась…

– Говори, что ты наделал, кошак помойный, – потребовала она. – Доставай эту чёрную фигню и рисуй всё обратно! Не то я тебе её вместе с ухом достану.

– Угольком тут не поможешь, – возразил ей Сергей, ободрённый тем, что она перестала к нему приближаться и вступила в диалог.

– Делай всё обратно, – повторила она зло и с силой качнула ветку.

Кот не удержался. Задние лапы соскочили, и он повис на двух передних, отчаянно поджав хвост.

– Сейчас нельзя, – с натугой ответил он.

– Делай!

Рысь сильнее качнула ветку, так что едва удержалась сама. Кот взвыл и полетел вниз. Нет, не сразу на землю. А на ветку, ветку, ветку. Растопырив лапы, как игрушечный болванчик, он летел то вверх головой, то кверху задом, изменяя положение после каждого удара. Ветки ему попадались тонкие, его не выдерживали, только противно били по морде и бокам.