Возвращение «Космического странника»

Он подошел к ближайшему роботу, и задал прямой вопрос:

– Где Сергей Николаевич?

Оказывается хозяин не был таким уж таинственным, и его хоромы располагались этажом выше, о чем с радостью и сообщил робот, согласившись быть провожатым. Поднявшись на третий этаж Максим увидел всего несколько скромных деревянных дверей, закрытых на ключ. Его «Вергилий» показал на одну из дверей и молча помчался по своим делам. Капитан нерешительно постучал в дверь, как будто за дверью решается его судьба.

– Войдите, – послышался знакомый голос Верещагина, и всю нерешительность Максима как рукой сняло.

– Вам нужно работать детским врачом или стоматологом, – с улыбкой сказал капитан, входя в скромное жилище хозяина и протягивая ему руку для рукопожатия.

– С чего вдруг такое распределение профессии? – поитересовался Сергей Николаевич, – нет, правда, это даже интересно, как вы пришли к таким умозаключениям, – и он заложив ногу на ногу внимательно посмотрел на гостя.

– А от вас идет очень сильная положительная энергетика, а дети ее чувствуют, ну и животные тоже.

– Да, не замечал, – задумчиво сказал Верещагин, – но вы ведь ко мне не за этим пришли, чтобы петь дифирамбы, правда? наверняка есть еще что-то, поважнее?

– Как, всегда масса вопросов Сергей Николаевич, и если у вас найдется для немного времени…

– О чем разговор, Максим, я всегда в вашем распоряжении, только я думаю, это не место для разговора, пройдемте на веранду.

– С удовольствием.

Они спустились на веранду второго этажа, причем Максим заметил, что в столовой никого не было. Вечерело, и на открытую веранду наносило пьянящее дыхание хвойного леса. Рассевшись в кресла, и налив себе кофе с коньяком, Максим наслаждался природой, воздухом и, как ни странно, полным отсутствием комаров, которые так любят досаждать по вечерам. Неожиданно сбоку звякнула пустая чашка, и капитан «Космического странника» будто вышел из транса.

– Вам подлить горяченького, Максим? – как всегда вежливо осведомился он.

– Благодарю, не откажусь, – сказал тот подставляя чашку, – да, кстати, все хочу спросить, какое сегодня число?

Верещагин поставил кофейник обратно на столик, и достал из нагрудного кармана свой любимый брегет. Похоже, это была единственная вещь на земле, которой он гордился и ценил.