Хроники Времени. Хранители

 – Сделай глубокий вдох и расскажи всё спокойно!

Как ни странно, строгий голос подействовал. Бельчонок набрал полную грудь воздуха, из-за чего стал похож на круглую пушистую китайскую игрушку. Игрушка сохраняла свою форму несколько секунд, затем с громким шумом сдулась и вновь превратилась во вполне узнаваемого зверя.

– Я прятал орехи недалеко от древа Храма Памяти, – начал он и запнулся от взгляда, которым наградил его Заяц.

– Тебе сколько раз говорилось, что нельзя использовать под склад Священные деревья! – включил он вновь свой менторский тон.

– Да, да, да, – продолжил свой рассказ бельчонок, не замечая назидательной речи своего визави. – Так вот, источник затухает!

Заяц резко вскочил, собираясь бежать куда-то – видимо, туда, где что-то затухает, – но вспомнил о моём существовании, остановился и на секунду задумался. Затем что-то быстро простучал передними лапами по столу, видимо, ожидая от своей барабанной дроби какого-то ответа.

Бельчонок заметил лакомство, и у него заблестели глаза.

– Не тебе и не сейчас! – осадил его Заяц, взяв из кучки один жёлудь, который ничем не отличался от соседних. Хотя, видимо, всё же отличался: он сжал жёлудь в лапах, и тот треснул. В этот же миг рядом с ним прямо из воздуха материализовался ещё один ушастый – поменьше и попушистее. По взгляду он был явно моложе и другой породы.

«Интересно, – подумал я, – я в состоянии различать зайцев и кроликов. Вот никогда бы не подумал».

– Мне срочно нужно идти! – обратился Заяц к младшему собрату. Хотя, судя по тону, скорее к подчинённому или, может быть, младшему родственнику – начальственные нотки в чём-то перекликаются с наставительными нотками старшего поколения, особенно когда оно чему-то учит младшее.

– Введи его, – он показал на меня, – в курс дела.

И в тот же момент, подхватив бельчонка под мышку, выпрыгнул за дверь.

Я, не проронивший за всё это время ни слова, решил не выходить из выбранного образа – молчу, значит молчу. Кролик – назовём его так, чтобы не путаться, – медленно подковылял ко мне и всмотрелся в мои глаза. Его взгляд был каким-то гипнотическим и завораживающим, но меня больше заинтересовало не это, а то, как он выглядел.