Хроники Времени. Хранители

Какими судьбами в наших краях?

– Наш друг, – Кролик показал на Тролля, который так и рыскал глазами по сторонам, – очень любит мёд. Так что мы составили ему компанию в его поисках. У вас можно купить мёд?

– Проделали такой путь ради мёда? – дед явно не поверил нам.

– Не совсем, – я постарался подправить версию, делая вывод на будущее о том, что перед заданием нужно продумывать легенду или иметь несколько заготовок. Моих спутников этот вопрос явно не интересовал. – Ему нужен мёд, мне интересны растения, а он, – я показал рукой на Кролика, – разыскивает разные интересные места, предметы культа или культуры.

Дед явно не сильно поверил во всю эту историю, но, видимо, три юнца, хоть и вполне рослые, не представляли опасности ни для него, ни для его деревни.

– Сам-то я мёд не ем, уж больно сладок, – крякнул дед, вставая с лавочки, – а вот у семейства Ванов, что живёт на краю деревни, пасека в горах.

Пока он это говорил, он встал в полный рост, и стало ясно, что он выше нас на целую голову, а в плечах не уступает Троллю, который был самым мускулистым из нас. Да и его «давайте провожу» теперь уже не выглядело любезностью, а скорее желанием проконтролировать три не сильно подозрительных личности.

Опираясь на свой посох, дед пошёл по дороге в сторону центра деревни – на это указывало то, что по мере приближения к этому месту дома становились всё более зажиточными, да и пожарную колокольню, скромную, но вполне достаточную для обозрения окрестностей, ставили обычно в центре поселения.

– А ты, – он обратился к Кролику, – что именно ищешь? Тот был явно не готов к развитию темы, но попытался быстро вывернуться.

– Говорят, – как бы крадучись начал он, – что в далеких деревнях есть своя уникальная культура. Какие-то элементы быта, религии – своё, неповторимое народное творчество.

Дед хмыкнул:

– Ну, не знаю насчёт творчества и неповторимости, но тут на днях нам одну штуковину на хранение оставили – вот это точно предмет творчества.

Я буквально физически ощутил, как на голове Кролика поднялись уши, и он весь превратился в слух.

– Проходил тут один фольклорист, вроде вас.