Хроники Времени. Хранители

– Нам пора возвращаться, – на этот раз Кролик обратился ко мне и протянул лапу.

Рука об руку мы подошли к дереву и начали обходить его по часовой стрелке. Как только круг был практически завершён, мы вышли из-за дерева с Норой.

– А что, так можно было? – с некоторым возмущением воскликнул я.

Кролик кивнул и уточнил:

– Можно, когда знаешь, куда. А мы же не знали, куда. А когда знаешь, то можно.

Я вздохнул и с чувством лёгкой тревоги толкнул дверь в Нору.

4 глава. Азазель

Вызвать, позвать, призвать – не настолько сложно,

Насколько это себе представляет большинство.

Вот избавиться, попрощаться или даже выпроводить

Бывает гораздо-гораздо сложнее.

Войдя в нору, я увидел привычную картину: Заяц сидел за столом и таращился на часы. Правда, теперь они были одни и весьма странные – какие-то инфернально-демонические, чёрно-красные, с готической вязью, и просто огромные – ещё чуть-чуть, и можно эти часы смело ставить на каминную полку, которая располагалась неподалёку.

– У нас новое задание, – прозвучал уже становящийся привычным безапелляционный голос Зайца.

– А отчёт о проделанной работе? – поинтересовался я, хотя где-то в глубине души знал ответ. И был рад, что немедленно получил подтверждение.

– У заячьих, как у муравьёв, всё единое, в том числе и воспоминания. То, что знаю я, – произнёс Кролик, поплевав на лапы и начав умываться, – знает всё наше семейство, начиная с Зайца.

Заяц посмотрел на меня, проверяя, доволен ли я ответом, а затем поднял инфернальные часы повыше над столом и сказал:

– У нас необычное происшествие. Нападение демонов.

Причем крайне странное и необычное.

«Угу, – подумал я. – То есть здесь бывает обычное и нестранное нападение демонов…»

Заяц жестом попросил меня перенести на стол небольшой шар, который явно был дальним родственником шара из Храма Памяти. Во всяком случае, выглядел он очень и очень похоже.

Заяц провёл лапой над шаром, и тот засветился, как экран простого телевизора. В нём стали видны поля, рощица и небольшая деревенька из тридцати-сорока домов посреди этого живописного пейзажа. Простая картина, не то чтобы идиллическая, но и ничем не выделяющаяся из множества других пейзажей.

– Каждый житель этой деревни ночью становится одержимым демоном.