Хроники гренард: Безымянный Барон

Оглянитесь вместе с нами вокруг, прочитайте, закройте на секунду глаза и представьте: огромная, желто-бледная, песчаная пустыня, натужно покрытая в случайных местах выжившими деревьями и поросшими новой реальностью псевдо-кактусами похожими на высохший, но достаточно колкий кустарник с двумя тремя листьями на торчащих прутиках веток. Слева – солнце, справа- солнце, вокруг – солнце! Набивающийся всюду песок, постоянно бьющий по лицу и темным стимпанковским очкам. Звуки жужжащего песка и ни одного облака.

Ненавижу такие дни.

По пустыне идут три смуглых, загоревших человека – давно небритый я, хорошо заросший отец и что-то предчувствующая, длинноволосая девочка, которую поневоле становится жалко – она больше других не заслуживала такой паскудной жизни. Ей бы принцессой, да вот судьба капризничает.

Грин всегда шел со спешкой. И в этот раз его ноги лихорадочно пытались обогнать друг друга. Он постоянно оглядывался по сторонам, боясь новой, неожиданной атаки. Открытая местность днем всегда была опасней, чем ночью.

Днем ни всегда активнее.

В руках у него был обрез двустволки. Мне он поручил пятизарядный дробовик. В сумках, у нас за спиной, было 43 патрона, десять из них были заряжены залитыми в воск пулями, тридцать три – крупной дробью – все, что мы успели зарядить накануне вечером.

В полукилометре от нас пролегала железная дорога и мы уже видели тонкую полосу путей – еще одно доказательство того, что совсем недавно существовал цивилизованный мир, массово росли зеленые насаждения, сновали спешащие пассажиры, мчали к следующей станции скоростные поезда.

А что теперь? Только песок. И все.

А еще были слухи о зарождающихся группах гильдии железнодорожников. Тех, кто сосредотачивал в своих руках власть над дорогами и поездами. Тех, у кого остался контроль над угольными залежами, и тех, кто нашел возможность поставить на пути вместо поездов паровозы и решил проблему нехватки дизеля. Железными путями снова завладел пар.

Эта дорога наша цель сегодня.

Вчера перед сном отец рассмотрел позиции около неё в бинокль, и мы приняли решение, что отправимся к ней и продолжим путь, идя вдоль длинной полосы рельс в надежде выехать в соседние регионы и убедиться в слухах: есть безопасные зоны, в которых снова зарождается цивилизация.

Джейн, моя сестренка – ею мы дорожили больше всего – такая чистая, непорочная, невинная, хорошая и при этом бойкая – она заставляла меня идти вперед и находить в себе силы радоваться жизни.