Тайна одной саламандры, или Salamandridae

Дальше в салоне располагалась обеденная зона и в углу – камбуз: полноценная кухня с плитой, духовкой и холодильником. Дубовый обеденный стол был намертво прикреплён к полу хромированной стойкой толщиной в слоновью ногу. По одну сторону от стола белел обширный диван, по другую на стене темнела огромная плазменная панель телевизора.

Ванную комнату с изящной дизайнерской сантехникой и остеклённой душевой кабиной назвать по-флотски «гальюном» язык не повернулся бы, как и окрестить «койками» кровати king-size в двух пассажирских каютах – перед машинным отделением и в носовой части.

Через длинные узкие стёкла кают – чёрные снаружи, но прозрачные изнутри – открывалась роскошная панорама моря всех оттенков синего цвета и вид на остров Чанг с полоской зелени над белым пляжем и туманными горами вдалеке.

Впрочем, компания собиралась проводить основное время не на нижней, а на верхней палубе, которая тоже вызывала восхищение. Всю корму занимала терраса в остеклённой надстройке с белыми диванами по периметру.

Там же, в надстройке – у правого борта, перед террасой – помещался капитанский мостик. Благодаря двум белым креслам и аккуратному рулю вместо штурвала он выглядел местом водителя спорткара класса люкс. Основное управление было сосредоточено на большом компьютерном экране.

Фордек – верхнюю палубу от капитанского мостика до самого носа – вся компания могла использовать как открытый солярий и свободно там разлечься.

С ночи небо затянуло дымкой облаков, теперь начал накрапывать дождь. Казалось, капитан был этому рад. Он плюхнулся в своё кресло, нажал какую-то кнопку на сенсорном экране – и люк с едва слышным шорохом тут же закрылся прозрачной крышей.

– Добро пожаловать! – широко улыбнулся Леклерк, обводя рукой диваны по бортам террасы.

– Встречный коктейль, – вполголоса напомнил ему Одинцов, и капитан принёс из бара ведёрко со льдом, где уже давно стыла бутылка шампанского.

Пока гости отмечали новое приключение перезвоном бокалов, Леклерк спустился на купальную площадку и лебёдкой втянул на неё лодку. Вернувшись на мостик, он запустил двигатели. Дотошный Одинцов, который за ночь успел узнать о «Принцессе» всё, сообщил компаньонам:

– Здесь два двигателя, по триста тридцать сил каждый.