Скрываясь в тени

– Тогда расскажи-ка мне, если ты так стараешься приумножить богатства, то почему цены на закупку продуктов раза в четыре превышают цены в городе? Или ты приумножаешь только свои богатства? – хмыкнул я.

– Господин, я закупал только лучшие продукты у самых лучших поставщиков, поэтому и цены слегка повыше. Но оно того стоит, поверьте мне, – начал он потеть, выдумывая отговорки на ходу.

– А скажи-ка мне, сколько тебе платили жалованье и сколько лет ты уже работаешь тут? – спросил я.

– Десять золотых в год, я работаю тут уже десять лет, – ответил он, удивившись, что я не стал развивать дальше тему кражи.

– Вот и хорошо. Ким, пошли-ка солдат на обыск дома господина казначея, посмотрим, сколько денег он там припрятал, – приказал я.

– Так точно, сейчас сделаем, – ухмыльнулся мой товарищ и удалился.

– Господин? За что? Там только мои деньги, заработанные честным трудом! – взмолился он, встав на колени.

– Вот мы и посмотрим, сколько их у тебя. Десять лет по десять золотых, это получается, ты заработал сотню золотых за это время.

Я, конечно, предполагал, что он мог заработанные деньги приумножать, но и это я тоже учту. Обвинять человека только из-за наличия у него денег неправильно, однако количество денег скажет о многом. Всё же есть предел, который обычный человек может заработать или приумножить накопления своим трудом. Очень часто подобные ему хранят все украденные деньги именно дома, боясь относить их в банк, думаю, и он из таких же.

Пока солдаты обыскивали его дом, я продолжил изучение учётной книги. Но вскоре они вернулись с улыбающимся во все зубы Кимом.

– Крис, тут две тысячи триста пятьдесят семь золотых монет, – выставил он передо мной увесистый сундучок.

– Больше ничего не было? – повторил я его улыбку.

– Ещё несколько мешков серебряных и медных монет, мы их притащили в замок, но пересчитывать уже не стали, – ответил он.

– Какой ты, оказывается, хороший казначей, имея сотню монет, смог заработать две тысячи золотых. Масштабы твоей деятельности поражают. Странно, что ты не сбежал с такими деньгами уже давно, видимо, желание украсть ещё больше победило. Дайте ему говорить! – произнёс я, посмотрев на казначея.

– Простите меня, господин, бес попутал, – взмолился он, упав на колени.