АТРИум

А если и этого покажется мало, отправить его головой в удерживающий крыльцо столб, чтоб окрасил кровью ветхое дерево. Быть может, хоть тогда научится сморкач уважать старших. «Но нет, Кудесник, не в том ты положении, чтобы учить кого-то уму разуму, – успокаивал его внутренний голос. – Сейчас ты как петух, попавший в чужой курятник – не так кудахнешь, задерут до смерти. Так что спокойнее, друг, спокойнее».

– Мне нужно с ним поговорить, – сказал бродяга.

– О чем базарить-то хочешь? – выступил вперед второй охранник.

Наверное, он казался себе очень крутым, разговаривая с набитым соломой ртом – солому тут считали чем-то вроде жевательного табака, – и ехидно скаля почерневшие зубы. Для Кудесника же он был всего лишь очередным недоделком, возомнившим о себе черт-те что, а потому и отвечать ему было унизительно. Слишком мелки эти рыбешки, чтобы отчитываться перед ними…

– Кто это там? – послышался властный голос, и сизая сетчатая занавеска на окне слегка отодвинулась.

– Все нормально, Иван Степаныч, – не оглядываясь, ответил первый охранник. – Человек уже уходит. Правда, человек?

Занавеску отпустили, но за ней послышалось недовольное бормотание. Бойцы у крыльца переглянулись. Пронзительно заскрипели старые петли, в темные сени с несколькими стеллажами учетных книг проникло немного света, а затем на крыльцо вышел седовласый старик. Угрюмый и суровый сельский старшина в военной форме образца сороковых годов, заплатанных галифе и сморщенных заношенных сапогах.

Говорили, будто Симонов когда-то был ротным в одной из тех частей, что зеков на рудниках охраняли, а в восьмидесятых дезертировал, ушел в глубь Атри и вернулся только через пять лет, когда Союз распался и бардак захлестнул не только Атри, а и всю страну.

– Пустите его, – приказал он, смерив Кудесника пристальным взглядом с ног до головы не меньше десяти раз.

– Иван Степаныч, вы же знаете порядок, – повернулся к нему один из «азаматовцев».

 – Смотрящий велел никого из залетных к вам не пускать без его разрешения.

– Так иди и попроси у него разрешение, если нужно! – рявкнул старшина.

– Но его нет сейчас в поселке, – виновато пожал плечами тот. – А если он прошнарит, что к вам кто-то приходил…

– Послушай, я ненадолго, – встрял Кудесник. – Никто не узнает, что я здесь был. Обещаю.