Песок сквозь пальцы

Уходя вверх, в холмы, дорога становилась все хуже – промоины, то по центру, то сбоку, камни, крутой угол подъема… Алексей скрылся наверху, Регина на легком велосипеде тоже ушла вперед, он, закусив губу, толкал свой тяжелый велосипед в гору и уже не думал о голосах и предназначении. В голове билась только одна мысль – подняться и отдохнуть. Потом пришла вторая – он не шел замыкающим. Как там Богомила? Обернулся, но поворот дороги не давал ему ничего увидеть. Ладно. Сейчас – вверх, вон перевал, уже совсем недалеко.

Там он оставит велосипед и спустится.

Так и сделал. Аккуратно, чтобы не повредить навеску, прислонил рюкзак, прикрепленный к багажнику резинками, к большому камню, развернулся, трусцой побежал вниз. Удивительно, как легко, когда ты подчиняешься законам всемирного тяготения, мелькнуло в его голове. За вторым поворотом он увидел Богомилу. Она стояла, опершись руками на руль, отдыхала. Глаз ее за черными очками видно не было, но они явно не смеялись. Увидела его, махнула рукой устало.

Он подбежал.

«Скачете, як гiрский козел, Олександре Iвановичу!» Улыбка тронула губы, глаза были непроницаемо скрыты очками. – «А за козла ответите, Богомила Олегiвна!», – нашелся он, отобрал мягко велосипед, потолкал в гору. Она взялась за сумку сзади, стала подталкивать, сразу ощутимо полегчало.

На перевале, она попросила: «Давайте отдохнем? Что мы, лосики, как они, чи шо?» Он не возражал, они уселись на камень, спина к спине, оперлись друг на друга.

«Не знаю я, – словно продолжила Богомила какой-то свой внутренний монолог, – как так можно все организовывать? Ну, чтобы на пределе сил, на последнем издыхании! Вы же на Фарковских гляньте, Александр, они ж раскатанные были какие, шоссейники, скорость как держали, а что-то – раз! – и сломалось. И шо?» – «Шо?» – в тон ей откликнулся он. «Да они сошли, потому что – где тонко, там и рвется! А окажись они тут? Нет, ну подумайте! Вот на этой дороге, с их велосипедами трассовыми – шо б они делали тут? Несли их на себе?» – «Устала ты, Богомила, – сказал он примирительно.

 – Отдохнешь, выспишься – и все по-другому глянется. И все эти горы, – он обвел рукой бесконечные холмы вокруг, – покажутся приключением». – «Та ни, Саша, – горячо возразила вдруг Богомила, оторвала спину, развернулась к нему лицом, стаскивая с лица очки. – Нельзя так людей подставлять. Приглашать в Израиль за двести баксов, и предлагать им тут экстрим.