Бессмертный

– Иди к нему и спроси! – Ортокс сплюнул и соскочил со стены на пол. – Вы так и будете на меня пялиться, или снимете с меня эти железяки?!

Оковы полетели на пол. Он потер ладонью ноющее запястье. Присутствующие ждали ответа, и Ортокс коротко, в трех словах, два из которых были нецензурными, рассказал, что произошло. А пока толпа гадала, что теперь делать, он вызвался добровольцем и затребовал сборник новейших боевых заклинаний.

– Страннику не видать Иванушки как своих ушей! Ему не утаить место хранения сокровищ Империи! – сердито говорил он.

– В кабинете директора!

Ортокс выбежал из камеры, комиссия бросилась следом. Если бы Ортокс знал, что их торопливость вызвана не желанием проводить его в дальний путь, а попыткой спастись от киборгов, он побежал бы еще быстрее, чтобы точно добежать первым.

Переместитель коротко звякнул, когда его перебросило в столичный мир. Провожающие перебрасывались вторым эшелоном.

– Быстрее! – прокричал вбежавший колдун. – Киборги на подходе!

– Следующие! – командовал глава комиссии. – Живей, живей!

Еще четверо перебросились в столицу. Но на пятом и шестом произошла неприятность. Вместо того чтобы их перебросить, переместитель тревожно зазвонил, отказываясь принимать повторные команды и игнорируя коды доступа к другим мирам.

– Что случилось?! – Глава комиссии подскочил к пульту управления и сам стал набирать код. Переместитель пронзительно звенел.

– Не может быть! – прокричал он. – Только не это! Нас отключили от межпространственной линии!

Запертая дверь задрожала под ударами. Заклинание повысило ее прочность, но киборгам были под силу куда более прочные преграды.

Когда в кабинет вошли первые киборги, он все еще пытался набрать коды переброски. Колдуны выставили перед входом энергетические защитные щиты, но киборги прошли сквозь, даже не сбавив скорости. Глава подумал, что его жизнь заканчивается совершенно не так, как он когда-то планировал.

Человек в белом халате усадил его в черное кожаное кресло с высокой спинкой, надел на него шлем с сотней разноцветных проводов, нацепил холодные присоски на грудь в районе сердца, приказал закрыть глаза и вспомнить о приятном.

Но вместо приятного вспомнились события недавнего прошлого.