Стражи. Миссия Марсенера

Но я не отказывался ни от своей дочери, ни от тебя, своей внучки. Как ты знаешь, каждый год я присылаю вам деньги, хотя решения суда, обязывающего меня это делать, нет и в помине.

У Валери мелькнула мысль, что занятая Бернардом позиция весьма удобна для него: мол, это не я такой плохой, а твоя бабка – дура, что решила родить ребенка!

Однако ввязываться в бессмысленный спор с дедом она не стала. В конце концов, что еще можно было ждать от человека, который открытым текстом говорит о себе как о человеконенавистнике.

– Что же касается причин моего согласия на твое проживание в этом доме, – продолжал тем временем Бернард, – то их несколько. Но основная состоит в том, что твоя мать буквально вымаливала у меня это согласие. Наверное, если бы мы разговаривали не по телефону, а лично, она бы даже встала на колени.

– Не может быть! – качнула головой Валери. – Ей, конечно, тяжело после смерти отца, но не до такой степени, чтобы унижаться перед тобой!

– Думай, что хочешь, но я сказал правду, – ответил девушке дед.

Валери приготовилась выслушать длинный монолог с перечислением десятков, если не сотен глупых запретов, которым ей предстоит следовать, но список оказался достаточно короток.

Правило первое: Валери разрешено гулять где угодно и с кем угодно, но два раза в день, в десять вечера и пять утра, она должна отмечаться дома.

Правило второе: она имеет право заходить в любую комнату, кроме личного кабинета Бернарда, который скрывался за той самой, металлической, дверью.

Правило третье: за нарушение первых двух правил следует наказание – двадцать ударов розгами по ягодицам.

Закончив зачитывать правила, Бернард повел Валери знакомиться с домом.

На третьем этаже, помимо непосредственно спальни девушки, располагалась также ванная комната, которую Бернард предоставляет в ее, Валери, полное распоряжение.

Ванная комната, надо отметить, поразила девушку своими размерами. Она-то готовилась к тому, что в здешних глухих местах ей придется довольствоваться каким-нибудь дешевеньким душем, в котором и повернуться-то можно с трудом, но все оказалось немного не так.

В доме Бернарда оказалось достаточно места, чтобы разместить в ванной комнате и приличных размеров душевую кабину, и широкую и глубокую ванну с гидромассажем и прочими наворотами.

На втором этаже дома находилась одна-единственная комната, похожая на библиотеку какого-нибудь музея, только слегка уступавшая ей в размерах.