Поиск

 – Если вы не готовы пойти на мои условия, я откажусь от сделки!

Чернокожий Дэниел Рейнолдс, генерал армии США, дёрнул воротник и пустил в дело последний имевшийся у него на руках козырь.

– За этим проектом, мистер Эллисон, стоят четыре крупнейших державы мира. Неужели вы хотите осложнить отношения сразу со всеми?

Томас внутренне расхохотался. Этот жалкий генералишка пытается ему угрожать! Да один щелчок пальцев мистера Эллисона выкинет его на такую помойку, что вылезти из неё не смогут даже потомки этого генерала в четвертом поколении.

– Думаю, прежде чем угрожать мне, уважаемый генерал, – ответил Рейнолдсу Томас, – вам следует вначале переговорить с вашим правительством: готовы ли они обострять отношения со мной?

Лицо генерала осталось каменным, но в глубине его глаз Эллисон уже заметил тень поражения.

– Хорошо, мистер Эллисон, я так и поступлю! – поднялся из своего кресла генерал. – До скорой встречи. Провожать меня не надо!

Едва Рейнолдс захлопнул за собой дверь, сделав это нарочито громко, словно степень звукового эффекта, произведённого им, могла как-то повлиять на итог проваленных переговоров, Томас нажал на кнопку, спрятанную под столешницей.

Тут же стена за его спиной отъехала в сторону, и в кабинет вошёл молодой сухощавый парень в очках с толстыми стеклами и дорогущем костюме, который, по всей видимости, должен был подчеркнуть его значимость.

«Сопляк ещё», – мысленно ухмыльнулся Томас. Уж он-то знал, что ничто не подчеркивает твоего величия более, чем приход на встречу с президентом в гавайской рубахе и шортах.

– Какие будут распоряжения, мистер Эллисон? – замер по левую руку от босса парень.

– Мне нужна группа наёмников для выполнения сложной и опасной операции, Брайан, – бросил через плечо Томас. – И они должны быть лучшими из лучших.

– Простите мне мою дерзость, мистер Эллисон, – голос парня слегка дрогнул: все знали, что богатейший человек мира не любил возражений, тем более, когда ему их высказывали его собственные подчинённые, – но вы уверены, что США, Россия, Китай и Европейский Союз пойдут на ваши условия?

– У них нет другого выхода, – хмыкнул Томас.