Время зла

Еще в детстве Эриву говорили, что его глаза зорче, чем у орла, так что, несмотря на добрую сотню шагов, он мог разглядеть все детали: и шоколадного цвета груди Усеи, и молочно-белые холмики принцессы, маленькие, но от этого не менее притягательные.

Краска прилила к лицу Эрива. Он еще не был с женщиной, и даже не видел ни одну девушку нагой, поэтому, хоть он и осознавал недостойность своего занятия, он не мог оторваться и продолжал подглядывать.

Принцесса и рабыня затеяли водную баталию, обрушивая друг на друга тысячи брызг, их груди колыхались в такт их движениям, заставляя сердце Эрива учащенно биться, а его естество – набирать силу.

«Ну же, выйдете на мелководье», – мелькнула непристойная мысль в сознании юного воина.

Ему хотелось лицезреть не только груди принцессы и ее рабыни, но и их животы и то, что под ними.

Похоть затуманила разум Эрива и притупила все его чувства, поэтому голос, неожиданно пропевший ему на ухо:

– Нравится зрелище? Так пойдем, познакомимся с дамами! – застал его врасплох.

Эрив было дернулся, но кинжал, приставленный к его горлу, лучше всяких слов указал юному воину на бессмысленность сопротивления.

***

– Ох, я и забыла, сколь это прекрасно: окунуться в теплую воду и позволить ей омывать мое тело! – не скрывая блаженства, заявила Аэльгрис.

Они с Усеей плескались в озере уже, наверное, больше часа и успели не только смыть всю грязь и пыль со своих тел, но и порезвиться, как в детстве, когда они устраивали многочасовые баталии в бассейне, заставляя других служанок то и дело подливать горячей воды.

К счастью, в озере вода и так была теплая, так что замерзнуть они не рисковали. Но зато, и для Аэльгрис самой это стало неожиданностью, она вдруг осознала, что грудь ее рабыни больше, чем ее собственная.

Посмотрев вниз, принцесса ощутила небольшой укол ревности. Она, конечно, мало знала мужчин, но одно усвоила четко еще со времен балов при дворе ее отца: маленькая грудь их не привлекает.

– Что с Вами, госпожа? – заметила тень печали на лице Аэльгрис Усея.

– Моя грудь, – медленно произнесла принцесса, проводя по ней руками. – Она такая…

– … маленькая? – подхватила рабыня. – Вы еще молоды, госпожа, и она может вырасти. К тому же …, – Усея смутилась и оборвала себя на полуслове.

– Ну, продолжай! – резче, чем намеревалась, велела рабыне Аэльгрис. – Что ты хотела сказать?

– Прошу простить меня за откровенность, госпожа! – склонив голову, ответила Усея.