Время зла

– А что дальше? – пожала плечами рабыня. – Гасттольф явился лично на кухню и спросил, какого лешего садовник разыскивает его. Парень упирался, говоря, что должен объяснить все с глазу на глаз, но в итоге был вынужден рассказывать при всех. Как оказалось, – закинула ягоды в рот Усея, – он подстригал кусты роз, когда услышал голос Вашего дяди, госпожа. Барон разговаривал с двумя стражниками и произнес фразу, что через два дня с королем должно быть покончено.

– Постой! – остановилась как вкопанная Аэльгрис.

На вскрик Аэльгрис обернулся Эрив, но Усея быстро всех успокоила.

– Все в порядке! – произнесла она. – Просто небольшой несчастный случай! – она извлекла из своей сумки чистый носовой платок и приложила его к щеке принцессы. – Держите вот так, госпожа! – велела она Аэльгрис.

Принцесса прижала шелковую ткань к коже, и они продолжили путь.

– Ты хочешь сказать, что о заговоре было известно за пару дней до переворота? – прошипела Аэльгрис, ощущая, как начинает саднить щеку.

– Сведения были не очень надежными, госпожа! – ответила ей Усея. – Тот садовник слыл первостатейным выдумщиком, и милорд Гасттольф велел выпороть его и выставить вон. Должно быть, он решил, что паренек все выдумал!

Принцесса оглянулась назад, на идущего следом телохранителя. Всего несколько дней назад Гасттольф казался ей оплотом верности и надежности, рядом с ним она чувствовала себя как за каменной стеной, но всего несколько слов, произнесенных Сребреволосым и Усеей, поколебали эту веру.

– Полагаю, что он казнит себя сильнее, чем кто бы то ни было! – перехватила взгляд принцессы Усея. – Он действительно предан Вам и Вашему отцу. Уверена, он ухватится за любой способ искупить свою вину!

Аэльгрис, терзания которой отнюдь не уменьшились после беседы с Усеей, лишь вновь неопределенно пожала плечами, и дальше они шли уже молча.

Приблизительно через полчаса, когда солнце уже достигло своего зенита, до них донесся радостный крик Сребреволосого:

– А я наткнулся на кое-что весьма интересное.

Аэльгрис и Усея переглянулись и, заинтригованные, ускорили шаг. Миновав пару весьма колючих кустарников и чуть не задавив кролика, стрелой прошмыгнувшего у них под ногами, девушки вышли к высокой ели, горделиво вздымавшейся над остальными деревьями, и уткнулись в спину Эрива.