Время зла

 – У вас есть час на то, чтобы привести принцессу в порядок и перекусить. После мы продолжим движение! – и, развернувшись, он удалился в лесную чащу.

***

Аэльгрис никак не могла заснуть. Возможно, виной тому было то, что впервые за последнюю неделю она легла спать сытой. А все благодаря Сребреволосому, сумевшему подстрелить взрослого оленя, а позже мастерски, не хуже королевских поваров, прожарить его мясо на костре.

Принцесса перевернулась на другой бок и наткнулась взглядом на широкую спину наемника.

Он сидел на небольшом пригорке и сквозь небольшую щель в ветвях деревьев смотрел на полную луну, выкатившуюся на иссиня-черное небо.

Тихо встав, чтобы не разбудить дремлющих Гасттольфа, Эрива и Усею, Аэльгрис пересекла поляну, служившую им ночлегом, и присела возле Сребреволосого.

– Не спится? – тихим шепотом спросил он.

– Не спится! – столь же тихо ответила ему принцесса.

Пару минут, а может и больше, они сидели молча, наслаждаясь стрекотом цикад и уханьем, вылетевших на охоту сов.

– Что произошло между вами и Гасттольфом? – не выдержав, Аэльгрис задала-таки наемнику мучивший ее с полудня вопрос.

– Обращайтесь ко мне на «ты», Ваше Величество! – велел ей Сребреволосый. – Я не настолько стар, как Вы думаете, чтобы даже особы королевских кровей мне «выкали»! – выдавил он из себя легкий смешок.

Аэльгрис тихо рассмеялась в ответ и, убрав упавшую на лицо прядь, повторила свой вопрос:

– Так что между вами произошло?

Сребреволосый молчал очень долго, так долго, что принцесса даже решила, что он вовсе не будет отвечать, а настаивать она отчего-то не решалась.

– Около восьми лет назад я вступил в ряды войска маркиза Арнерда, – произнес наконец Сребреволосый. – Маркиз лишился своих владений еще будучи совсем юным, но от титула отказываться не стал. Арнерд стал наемником, и вскоре собрал под своими знаменами маленькую, но превосходно обученную армию. К тому моменту, как мы с ним встретились, маркиз уже четверть века слыл самым верным и в то же время удачливым представителем нашего ремесла.

Он всегда исполнял свой долг до конца и брал за это не больше, чем было необходимо для того, чтобы его люди ни в чем не нуждались. Тех же из них, что не довольствовались платой и занимались параллельно еще и разбоем, маркиз прилюдно казнил.

Сребреволосый склонил голову к земле и вновь на какое-то время замолчал. Аэльгрис не торопила его, хотя внутри сгорала от любопытства.

– Что-то я отвлекся! – невесело заметил наемник.