Образ зверя

Я знаю, куда идти. – Таш хлопнул ладонью по карману, где лежал видеофон с фотографией карты. – По карте там точно что-то есть, какое-то здание. Вот тебе и цель.

– И что ты хочешь там найти? Повстанцев из волшебной страны твоего воображения?

– Она называется Страна Делай-Что-Пожелаешь, – пошутил Таш. – Если отбросить идеологию, прогулка может получиться занимательной сама по себе. Мы всю жизнь проторчали в Сердце. Вот и узнаем, есть ли жизнь за его пределами.

– Только нам для этого надо через Полосу пройти, гений.

– Я слышал, и не я один, – брат зажал сестре рукой рот, чтобы она не успела возразить, – говорят, не все порталы вышли из строя.

– Час от часу не легче. Придется лезть под землю, в метро, к тому же еще кругленькую сумму отсчитать, чтобы нас туда пустили.

Брат пожал плечами.

– Таш, ответь на один простой вопрос.

– Весь внимание.

– Стоит ли рисковать жизнью из любопытства? Разве мы так уж плохо живем?

– Это не жизнь, – вспылил Таш. – Это существование. Это понимает каждый, у кого есть голова на плечах.

А у нас их с тобой целых две. Бог на экране – да вы серьезно, что ли? Повсюду – тотальная слежка, сплошные взяточники, один другого хуже, вечная грызня. Да, с божьей помощью мы изжили преступность – и то только на поверхности. Да вот незадача: наша власть и есть самый главный преступник.

– Горячая речь!

– Спасибо, – кисло сказал брат.

– Если ты такой гуманист, просто купи всех. Купи префектов, купи полицейских. Предложи им столько, чтобы они перестали грабить и убивать.

Таш невесело рассмеялся в ответ, и сестра невольно улыбнулась.

– Им всегда будет мало. А двухголового урода, который попытается прибрать к рукам власть, линчуют быстрее, чем я выговорю слово «Безблагодатность».

Сестра кивнула, соглашаясь.

– Раньше люди были другими. Они искали, как справиться с последствиями катастрофы. Что-то строили. Те же порталы…

– Таш, я тебя умоляю, люди всегда одинаковые. Человек человеку волк и все такое.

– Сейчас мы как пауки в банке – жрем друг друга.

Никто даже не подумал, что из банки можно выбраться.

– Чтобы обнаружить, что снаружи – та же банка, только побольше?

Таш поджал губы.

Они дошли до их любимого бара. Тут они принимали самые важные решения. Еще не стемнело, поэтому неоновая вывеска – женщина на кресте, распутно поднимавшая и опускавшая ноги – не горела.

В баре царил приятный полумрак. Посетителей не было. Таши уселись за стойку, откинули капюшон.