Охота

Колетт кивнула, и мать помогла ей забраться на стул. Затем она еще раз поблагодарила пожилую даму за оказанную помощь и торопливым шагом направилась в сторону мужского туалета.

Остановившись у двери в уборную, Валери несколько секунд нерешительно топталась возле нее, но тревожное ощущение не покидало женщину, и она, дождавшись момента, когда никто не будет смотреть в ее сторону, приоткрыла дверь и шмыгнула в образовавшуюся щель.

Возле писсуаров Флорана не было. Как впрочем, и кого-либо другого. Конечно, это могло быть простой случайностью, но тревога, охватившая Валери, усилилась.

– Флоран! – тихо позвала мужа женщина, приседая на корточки и заглядывая под двери кабинок.

Мужчина не отозвался, но под одной из кабинок Валери заметила знакомые туфли.

Женщина тихо вытащила нож, прятавшийся до этого в миниатюрных ножнах, закрепленных у лодыжки, и шагнула к кабинке. Ее пальцы легли на холодную металлическую ручку и дернули ее вниз, распахивая дверцу.

– Медленно зайди в кабину и запри за собой дверь! – обратился к женщине мужчина в черном, подкрепляя свои слова весомым аргументом в виде пистолета, направленного точно в лоб Валери.

Валери скосила глаза на бачок унитаза, на который было посажено тело ее мужа, втянула воздух гневно расширившимися ноздрями и шагнула вперед, одновременно закрывая за собой дверь.

Не спуская с убийцы глаз, Валери свободной рукой подвинула щеколду, отгораживая их от внешнего мира, затем разжала ладонь, сжимавшую рукоять ножа, и отпихнула упавшее на пол оружие ногой, загоняя его в другую кабинку.

– Ты по-прежнему понимаешь меня без слов! – криво усмехнулся мужчина в черном.

– Зачем этот спектакль, Охотник? – стараясь не дать клокочущей внутри ярости вырваться наружу, задала вопрос женщина. – Ты пришел, чтобы убить меня, так делай, что должен, и обойдемся без лишних слов!

– Полагаю, что в нынешней ситуации условия диктовать буду я, а мне угодно немного поболтать! – продолжал улыбаться в ответ мужчина. – И для начала я хочу предложить тебе сделку: ты выполнишь то, что должна была сделать три года назад, – и я сохраню тебе твою жизнь!

– Да пошел ты! – сплюнула себе под ноги Валери.

Ее мозг, подстегиваемый яростью и жаждой мщения, лихорадочно просчитывал возможные варианты действий. Будь на месте ее собеседника какой угодно другой человек, женщина рискнула бы и бросилась в рукопашную, но Охотник… Охотник всегда был лучшим, а она уже три года не тренировалась.