Антихрист

Позже, когда мать Майкла вместе с ним и его младшим братом Оливером переехали (миссис Роуз как будто чувствовала, что друзья ее старшего сына втянут его в дурную компанию), их пути разошлись, но буквально месяц назад они случайно встретились в одном из супермаркетов, где Майкл покупал продукты, а Генри, как позже выяснилось, подворовывал.

Старые приятели обрадовались неожиданной встречи, заскочили в одну кафешку неподалеку и в непринужденной беседе провели полтора часа.

Уже под конец разговора Генри спросил с немного насмешливой интонацией:

– Ну а твоя матушка до сих пор заставляет тебя грызть гранит науки?

Майкл поморщился от его тона, но все-таки ответил:

– Не совсем.

– Ну, так скажи матери, что ты хочешь перевестись! – предложил выход его старый приятель.

– Нет! – покачал головой Майкл. – Это не вариант. Мать хочет, чтобы я поступил в университет и выбился в люди, а с дипломом обычной школы сдать экзамены очень трудно. Так что о переводе не может быть и речи!

– Понятно! – протянул Генри, и они оба замолчали.

В тишине прошло около пяти минут, в течение которых Майкл допил свой апельсиновый сок, а Генри – темное пиво, а затем Томас поставил свой бокал на стол и, перегнувшись через него, прошептал заговорщицким тоном:

– А не хочешь вместо своей нудной зубрежки отправиться на настоящее дело?

– Какое дело? – тут же насторожился Майкл.

Он не видел Генри довольно давно, но догадывался, что тот вошел в какую-то банду. Такая судьба была практически у каждого из парней их района.

– Которое принесет много денег! – ухмыляясь, ответил Генри и откинулся на спинку своего стула.

Майкл задумчиво подергал мочку правого уха (он всегда так делал, когда было необходимо принять нелегкое решение).

С одной стороны, соблазн заработать много денег был очень велик. Как уже говорилось, мать Майкла работала на двух работах, стараясь обеспечить сыновей всем необходимым, но денег их семье все равно хватало с трудом, и братьям приходилось и есть дешевую пищу, в которой не было ни грамма натуральных продуктов, и носить одни и те же вещи по пять и более лет (особенно нелепо это выглядело, когда один из них сильно вырастал, и одежда становилась ему мала).