Спасти род Романовых. Книга I. Первокурсник

– Ты уже первокурсник? – Она выпучила серые глаза и чуть понизила громкость голоса: – Но как? Как ты прошел испытания раньше всех?

– Я еще ничего не проходил. – коротко ответил, уставившись на блюдо, которое было забито мясом, а пахло-то…

Если я начну прямо сейчас есть, это никого же не обидит?

– А как тебя приняли раньше всех-то?

Я не стал отвечать и только потянул руку к блюду, получил по ней легкий шлепок от девицы напротив меня.

– Ты что? С дуба рухнул? – У нее был противный скрипучий голос. – Ты правил и норм этикета не знаешь?

– Да, не знаю, – с вызовом ответил, глядя на «очередного» рыжего представителя этой академии.

 – Не знаю! Я хочу есть! Вот и все!

– Дождись преподов, Леш, – буркнул Ваня. – Прояви уважение. У нас так не принято.

Собственно говоря, я не стал больше спорить. Нахмурился, поставил локти на стол и оперся подбородком в руки.

Если плюну в коллектив, он умоется. А если он плюнет в меня, я захлебнусь. Нечего переть против норм и правил. Я чужак.

Подростки о чем-то весело болтали, а я без какой-либо цели разглядывал потолок.

Что-то было в нем странное. Знакомое даже. Нет, не в двух персонажах, а в треугольнике и надписи, только что? Понять и вспомнить никак не мог.

До ужаса знакомый символ…

Преподаватели не заставили себя долго ждать.

Их делегация из пяти человек, с больно пафосными физиономиями на мой взгляд, самодовольная, зашла в столовую.

В пятерке взрослых явно главенствовал Лаврентий, который шел первым. Ну и выглядел он более официально, нежели остальные.

Помимо президента, на котором был такой же костюм, как и на всех студентах, только с нашивками, погонами, медалями, которые блестели на его груди и эмблемами, преподами оказались еще двое мужчин преклонного возраста и статные женщины.

Одежда мужчин была почти такой же, как и у Лаврентия, только более светлого цвета, с меньшим количеством нашивок и не такими яркими медалями.

Похожи на офицеров. Только в странных шмотках. А что за парик у этого толстяка? Я больше всего обратил внимание не на сухонького старичка, а на откровенного жирдяя.

Да и женщины были своеобразные.

Во-первых, разный цвет костюмов и разные стили. Та, что чуть выше другой, была одета в белый костюм типа нашего, с приталенными брюками и внушающей грудью, на ее фоне другая выглядела оборванкой. Во-вторых, обилие косметики. «Белый костюмчик» была разукрашена и в хвост, и в гриву, а «оборванка» – белая как мел.

Разносортные они, эти преподаватели.