Менеджер континуума

В этот момент из кухни появился вампир, прижимающий к животу огромную миску, на которой аппетитно благоухал печёный окорок, килограммов на пять весом, обложенный обжаренной до золотистой корочки картошечкой, или каким-то местным её аналогом. Федя буквально выхватил миску у него из рук, и, пристроившись прямо за стойкой, вгрызся зубами в мясо.

– Значит, нету больше пустынника? Это хорошо, – вампир вытер руки о край фартука. – А то он мне бед наделал бы. Такое дело можно отметить.

Саман достал три стакана, потянулся за четвёртым, потом с сомнением посмотрел на Варежку и решил ей не наливать.

– Чесноковка? – принюхался дракон.

– Она самая. Жаль, совсем мало осталось. Попросить, что ли, Кормоеда чесноку принести? Да когда-то он соберётся – через два сектора тащиться. Если по пути когда-нибудь.

– Хм. Через два сектора, говорите? – я с опаской взял свой стакан. – Знаю источник гораздо ближе.

– Благодетель! – на лице вампира расцвела радостная улыбка.

Я пожал плечами и сотворил слиток на пару килограмм. Улыбка Самана потускнела. Зато дракон вытаращил глаза.

– Так ты ещё и создавать умеешь?

Потом его взгляд задержался на Варежке, переместился на Добрыню.

– А вы случайно не команда манипуляторов?

Добрыня утвердительно вафкнул из-под стола. Лоб Феди покрылся испариной, и он залпом опрокинул чесноковку в рот.

– Больше никогда не буду рычать на незнакомцев.

– Почему? – заинтересовался я.

– По кочану, – отрезал ящер. – Если бы ты три раза подряд повторил одно и то же заклинание, оно бы пробило к быням свинячьим мой хвалёный иммунитет.

Теперь напрягся я. Стало стыдно. Чтобы загладить затянувшуюся паузу, я махом глотнул хвалёную настойку. Горло обожгло так, как будто на Шмокодявке не действовали законы природы и спирт, входящий в состав чесноковки, был, как минимум, градусов сто двадцать.

– На, закуси. Да ешь, не бойся, у меня тоже железный метаболизм.

– Спасибо. – Картошка действительно оказалось картошкой. Я, кстати, заметил, что миска уже почти опустела. Куда только поместилось всё? В человеческой ипостаси дракона уже должно было распереть, как мешок с картошкой, извиняюсь за каламбур. – Ты уж извини, я не знал.