Менеджер континуума

Доблестное «Авторадио», в лице не менее доблестных Мурзилок, с утра поглумилось над синоптиками, обещавшими на десять дней вперёд похолодание и мокрый снег. Я ехал домой, открыв все окна в машине, и наслаждался Настоящей Весной и долгожданной Пятницей. Причём слово «пятница» с заглавной буквы не потому, что это известный кореш Робинзона Крузо, а потому, что как заявляют вышеупомянутые Мурзилки – это самое дорогое, что есть у каждого из нас – Пятница – конец рабочей недели. Двадцать километров от города до дома пролетели в один миг.

Вот почему так? Когда хорошей погоды нет, и не предвидится – дорога тянется как резиновая, а если душа поёт, хочется ехать и ехать, а тут раз – и дома. Несправедливо!

Наша деревня как будто вымерла. Видимо к концу дня даже пенсионерки, наверняка не преминувшие вылезти на улицу под первое по настоящему тёплое солнышко, обменяться «свежачком», обойти свои владения, уже устали и забились обратно к намозолившему глаза и уши, но такому родному телевизору.

Последним аккордом радостно-дорожного настроения я лихо припарковался в огромную лужу перед домом. Тут же руки зачесались схватить на огороде лопату и прокопать канавку для талой воды. Как в детстве. Может ещё и щепочек наперегонки запустить.

Мой пёс, труднопроизносимой на трезвую голову породы Бернский Зенненхунд, против обыкновения не выскочил меня встречать. Странно. Хотя, почему, странно? Вон какую ямищу выкопал. Чует, наверное, что достанется на орехи, вот и прячется где-нибудь.

А вот кошка Варежка, она же Варька, Варёк, Тварь, Авария, Варенец – в зависимости от настроения – как раз блюдёт с подоконника. Подожди, Варёк, сейчас накормлю. Дай только с лужей разобраться.

Пару раз окликнув Добрыню, но, естественно, не получив ни привета, ни ответа, я отыскал лопату, намертво вросшую в слежавшийся снег напополам со льдом. Расшатать и выдернуть инструмент с наскока не получилось. Потом ещё раз… и ещё – не получилось. Эх! Видно судьба луже и дальше красоваться перед домом.

С досады я со всей силы пнул по черенку ногой, и, в тот же момент, не удержавшись, поскользнулся на опорной ноге и поехал лбом вперёд на возвращающийся после удара черенок. Встреча «в верхах» прошла успешно. В смысле встреча моего лба и верхушки лопаты – встретились. Проклятая лужа! С неё всё началось. Аж в глазах какая-то пелена образовалась, и ноги задрожали, как будто землетрясение случилось. А вокруг всё темнеет и темнеет.