Сеера. Повелитель времени

Никто из людей не заметил пятого человека, стоявшего в одном из углов палаты, в том куда меньше всего попадал свет, оно и не удивительно ведь «Жнецы» появляются перед смертными только в последние секунды жизни, в их обязанности входит лишь перерезать тонкую нить связи между телом и душой. В глазах врачей ничего примечательного не случилось, тогда как жнец видел светлый шар души не успевшей замараться в грязи грехов, она была чиста как слеза в сравнении с «Шаром» матери ребенка, он был почти весь черный, источал серый дым, который словно выжигал телесную оболочку изнутри, единственное светлое пятно на поверхности души стремительно темнело, ведь именно по вине нерадивой матери погибла новая жизнь, мальчик не успел сделать ни одного вздоха, и этот грех в отличии от других ей не удастся смыть, даже если она очень сильно захочет.

Жнец выглядел как представитель похоронного бюро, строгий черный костюм тройка, алый галстук, черные лакированные туфли, ростом около метр девяносто, абсолютно седая голова, его старое лицо не выражало ни каких эмоций, лишь в глазах можно было прочесть безмерную усталость.

Лицо посланника смерти скривилось от отвращения когда он перевел взгляд на шар души, только что родившей женщины, ему сильно захотелось применить свою косу не по назначению, перезать нить жизни матери вместо ее дитя, но правила никогда не позволят этого сделать, и это не те законы которые возможно обойти или нарушить. В списке выделена красным светом только одна душа, а это значит что здесь покинет мир живых только один смертный.

«Небесный странник» спустившийся с неба что бы доставить очередную светлую душу в «Рай» с нетерпением поглядывал на жнеца, оно и понятно, не каждый день выпадает шанс увидеть свет чистого и непорочного создания, гораздо чаще приходится лицезреть полностью вымазанный в грехе шар. «Адский пёс», прибывший вместе со «Странником» обнюхал светящуюся сферу, чихнул с оттягом, породив небольшой язык пламени изо рта, после чего развернувшись поспешил удалится из палаты пройдя прямиком сквозь стену, здесь сейчас для него работы нет.

Еле слышный хлопок и лезвие жуткой косы жнеца рвет нить жизни ребенка, «Странник» взял ее обоими руками, так бережно словно это самое дорогое сокровище во вселенной, впрочем возможно оно так и есть. Нестерпимый, слепящий белый свет озарил палату, «Ангел» вознесся, прихватив с собой сферу.