Паранойя. Апокалипсис

Каждый из нас стал для другого затычкой, которая сдерживает его безумие. Если ты погибнешь – кем стану я? Сорву с себя одежду и стану приставать на улицах к мужчинам? Начну искать другую любовь, убивая всех, кто не является тобой? Уйду в себя и умру от безысходности?

Я обдумал новую сторону нашего сосуществования. Думал отвлеченно, как о теоретической задаче. Это позволяло избежать нелогичной логики безумия. Вот есть два человека, и мужчина в этой паре считает свою женщину своим главным достоянием. Что изменится, если ее забрать? Наконец сформулировал:

– Если я потеряю тебя, я стану агрессивным.

– Песец! – подвела итог Вика.

* * *

Я услышал, как малышка ругается по телефону с матерью. Позвонила, чтобы проверить, как дела, рассказать, что мы узнали – и вот. Орут друг на друга.

После разговора встрепанная Вика вернулась ко мне на кухню.

– Это кошмар! Стала выносить мне на мозг, что я не так живу, и парень у меня не тот, и сама я не такая.

Я обнял ее рукой за бедра, прижал слегка к себе.

– Она больна?

– Похоже. Раньше она держала всё это в себе, а тут вдруг вывалила на меня.

– Какая у нее форма безумия?

Я понял важную вещь – умение быстро определить форму безумия у человека станет для нас жизненно важным. Все люди стали опасными, но от формы безумия зависит, что именно может спустить крючок и вызвать вспышку агрессии.

Вика задумалась. Успокоилась.

– Знаешь, она говорила, что у нее теперь новая жизнь начинается. Она и раньше монашкой не была, так что думаю, что-то связанное с эротоманией.

Мне было неприятно представить потенциальную тещу голой на улице, с топором, пристающей к мужчинам, но определенно она находилась в группе риска. Справедливости ради надо заметить, теща в голом виде даже с топором выглядела бы не так уж и плохо. По типажу она на Вику похожа, стройная и светловолосая.

– Хочешь попытаться забрать ее к нам? – уточнил я, еще не представляя, как это можно было бы реализовать.

– Вряд ли. Она четко сказала, что я мешаю ее личной жизни. Если даже мы ее уговорим, она станет видеть в нас помеху и превратит нашу жизнь в ад. Поверь, она и здоровой это умела.

Вздохнула.

Вика была тесно связана с матерью. Часто перезванивались, регулярно встречались. Такие вот у них были отношения – тесные, но болезненные. Потому и болезненные, что тесные.