Магическое бюро Майкла

Но эта гордая прислуга заявила, что мой дом недостаточно велик, и вообще она планировала устроиться к аристократу.

* * *

Одна кандидатка пришла с сильным запахом пива, потрепанная, со щербатыми зубами, немолодая – лет тридцати. Похоже, в пивной подрабатывала, а тут вдруг решила в домовые служанки податься.

– А ты, господин, женат? – окинула она меня оценивающим взглядом. – А то если не женат, то доплати полставки, я с тобой постель делить стану.

Я посмотрел на нее. Подошел к зеркалу, посмотрел на себя.

– Скажи, а почему ты решила, что это я тебе должен платить за постель, а не наоборот?

* * *

Еще пять кандидаток разной степени соответствия отказались идти ко мне на работу, когда узнали, что я некромант и у меня в доме проживает скелет и призрак.

Все эти переговоры заняли несколько дней. Время шло, а новой служанки не находилось.

Я поговорил со старой. Предложил передумать и остаться.

Та в последнее время выглядела бледной, подскакивала при неожиданных звуках и роняла посуду при виде Петора.

– Это ужас какой-то, – вздохнул я, когда остался один.

– Надо объявление переписать, – рядом возник Мартель. – Написать, что служанку надо в дом некроманта, чтобы мертвецов любила и призраков.

– «Любила» – это слишком, но в целом согласен.

Я написал новый текст на листке бумаги:

«В дом некроманта требуется прислуга.

Сходил к рынку и поменял свое старое объявление на новое.

После этого поток кандидаток прекратился. Вообще.

* * *

До отъезда служанки оставалось меньше недели, а заменить ее было некем.

– Что будем делать? – поинтересовался я у магистров.

Новую идею выдвинул Мартель:

– Я видел бульварные листки, называется «газета». Их на специальных досках на площадях развешивают каждую неделю. Там новости пишут.

Я сходил на площадь, посмотрел на этот листок.

Это был не один листок, а несколько. Каждая листовка – размером с земную бумагу для принтеров. Она была сделана не типографским способом, на Гее его не изобрели, а литографией. Писатель наносил жирным карандашом текст на поверхность камня или металлической пластины, художник дополнял текст рисунками, потом поверхность травилась кислотой.