Кементарийская орбита

Кое о каких нюансах тестирования (например, случай с вручную залатанным нами трубопроводом томографа) мы узнавали только очень постфактум. Иногда мне казалось, что пытливые медики Орбитали завели по облачку на каждую молекулу моего тела.

По моим прикидкам, отсев составлял около тридцати процентов. К счастью для не прошедших тестов, Орбиталь держала данное устами Тро обещание – домой возвращались лишь добровольцы. В большинстве своем и принявшие участие в Проекте по собственной воле, и оставившие за спиной надежные рабочие контракты с родными клиентелами.

Тех, кто, подобно нам, попал в Проект из лагерей для перемещенцев и прочих неуютных местечек, спейсеры старались пристроить на какие-либо необременительные должности в Кито и Взлетном.

К счастью, из моих талнахских знакомых отчислен не оказался никто – хотя Библус и был на грани дисквалификации по весовому недобору. Лагерное меню вообще не способствовало набору веса. Так что неомифер отделался переводом на усиленное питание. Его я видел не каждый день – Библус оказался прикреплен к строительной группе Проекта и поселился в дальнем от нас конце Центра.

То же было и с Корчмарем и Шагановой, назначенными, соответственно в силовую и медицинскую группы. С живущими напротив Крапивником и Ленкой сталкивался ежедневно.

К несчастью, испытания выдержал и Геккон. Уж не знаю, кто из психологов Орбитали додумался поселить нас в одной комнате – с каждым днем мне все тяжелее было выносить его болтовню. Я старался либо отсиживаться в компании Крапивника, либо нырять в АС, отключаясь от этого назойливого жужжания над ухом.

Что же, за одно я мог быть благодарен лагерю – в тесных хабах Талнаха никто бы не продержался больше недели, не научившись отключаться от внешних раздражителей. Не совсем, конечно, это было бы опасным занятием – но уходить в себя, игнорируя вонь, духоту и тесноту переполненного барака. После него и мозговыносящая болтовня Геккона казалась легким неудобством.

Медицинское освидетельствование заняло у нас чуть больше трех недель.

Наконец ОрбМед официально объявил, что остатки нашей волны признаны годными по здоровью и психопрофилю для участия в Проекте.

А на следующий день начались занятия, разом решившие проблему с надоедливым соседом.

Ведь когда у тебя совершенно нет свободного времени – тебе некогда ни молоть языком, ни слушать чужую болтовню.

По сравнению с подготовкой в Центре учебный курс ТюменьАгро казался детским образовательным роликом.