Кементарийская орбита

Глубокий блок, на этом корабле что, вообще нет живой команды?

Идея тайком пробраться на взлетную палубу, чтобы посмотреть на океан с пятидесятиметровой высоты, казалась замечательной только в первые полчаса. Особенно в том, что касается пункта «не брать с собой айдим и положиться на зрительную память».

Теперь я с удовольствием бы встретил кого-то из членов команды, получил заслуженный выговор и добрался до выделенной нам каюты. Вот только по казавшимся бесконечными переборкам сновали исключительно роботы.

Я досадовал на самого себя. Конечно, просидеть сутки безвылазно в каюте – то еще удовольствие. Но стоило ли из-за этого рисковать опозданием на кольцевик, неудовольствием орбитальщиков и, вполне возможно – возвращением в гостеприимные объятья Талнаха?

– Эй, – негромко произнес я, открывая необычайно тяжелый люк. К счастью, тот послушно распахнулся под рукой. Некоторые двери на моем пути оказывались заперты, а через некоторые я умудрялся пройти по два-три раза, и уже начал подозревать, что «Стартовая», будто – согласно городским легендам – нижние уровни Ярославля или Красноярска, способна изменять свою внутреннюю планировку.

Коридор круто повернул, и сквозь вездесущий гул вентиляторов я стал различать мерный мощный гул. На его фоне слышался ритмичный плеск. Еще пара шагов – и справа показался новый вход. Маркировка на люке мне, сухопутному жителю, ничего не говорила, но шум доносился именно оттуда.

Я прищурился, глядя на ведущие вдоль коридора отпечатки ног в пыли. Кажется, здесь я еще не был? Или здесь до меня прошел кто-то из моряков? Следы вроде бы поменьше моих…

Пожав плечами, я распахнул люк.

Глаза, уже привыкшие к тусклому свету лент, не сразу приспособились к яркому свету. Ну, не такому уж и яркому – солнце уже опускалось в воды Тихого океана. Но все равно я в первые несколько секунд заморгал. В лицо задул свежий морской ветер, в уши ворвался шум бурунов и пронзительные крики птиц.

– Stop. Don’t try to walk through the coaming, – произнес высокий женский голос.

– Что? – я обернулся на звук. Женщина сидела на самом краю небольшой металлической ниши, просунув ноги между рейками ограждения и опершись на натянутый верхний трос. Ветер трепал ее длинные черные волосы, бросая пряди в лицо. Она обернулась через плечо к открытому мной люку.

– Oh? – она скользнула взглядом по нашивке.