Метро 2033: Аркаим

Это была церковь Святой Троицы, чудом сохранившаяся. О ней в метро ходило много легенд.

– Я, командир, здесь уже не раз проходил, но не замечал красоту, странно, – прохрипел Гром.

– Не просто так мы тут задержались, Василий, это хороший знак. Знак, что мы умрем не сегодня.

– Или наоборот! – с иронией проронил Гром. – Что умрем сегодня.

Не медля больше, они отступили в сторону территорий «Стража». И это было похоже на бегство загнанных зверей. Как и раненые собаки, выползающие из охваченного пламенем подземного перехода, они искали свою стаю.

И готовы были бежать к враждебному лагерю, но все-таки лагерю людей, предпочитая умереть от их пуль, нежели быть съеденными заживо выродками.

Вечерело и, опасаясь гостей с воздуха, Алексей бежал, что было сил. Через пару сотен метров он стал задыхаться. Организм требовал больше кислорода, но вдохнуть полной грудью через фильтр, забитый отравой, было просто невозможно. Хотелось лишь одного: остановиться и снять противогаз.

Снять, чтобы вытереть выступивший каплями на лице пот, хотя бежать без ОЗК было гораздо легче. Уже через несколько минут они, никем не преследуемые, достигли обломков разрушенного моста на Свердловском проспекте, проходившего раньше над Каширкой.

Перед этой очередной преградой Алексей упал на колени, пытаясь хоть как-то отдышаться, понимая, что нарушает основное правило командира – не выказывать слабость перед подчиненными. Но, увидев пошатывающегося Василия, плюхнувшегося рядом с ним в неглубокий, уже затвердевший весенний снег, он успокоился.

Они были элитными солдатами Республики, прошли строгий отбор в войска внешней и внутренней безопасности, их считали самыми сильными и выносливыми из всех живущих в метро. Но все-таки обитатели подземки слабели с каждым прожитым днем от недоедания, нехватки витаминов и болезней. Рожденные до войны еще хоть как-то приспосабливались, а вот молодые были очень слабы и болезненны, отличались бледностью кожи, нездоровьем, часто и слабоумием.

Почти каждый второй умирал в младенчестве.

Алексей посмотрел в сторону реки Миасс. Сколько он ни выходил на поверхность, ни разу не решался приблизиться к ней. Большинство смельчаков, решивших исследовать берега, не возвращались. Те немногие сталкеры, которых река не забрала, рассказывали разные истории о русалках, несущих смерть, о рыбах-коровах, выходящих на поверхность. Самыми опасными считались скотозубы и поющие.