Катя

О какой революции идет речь? Социалистической? Социализм ликвидировал частную собственность, ликвидировал конкуренцию, лишил возможности активных граждан воплощать свои идеи, улучшать качество товаров и услуг и, тем самым, обрек себя на гибель.

Наши отцы и деды еще помнят советскую бытовую технику, одежду и обувь в советских магазинах, – их это не устраивало. Они были против. И мы должны понять, что нет у нас никаких особых путей, и хватит с нас всяких сомнительных экспериментов. Наелись, достаточно – хватит! – При этом Олег с какой-то внутренней злостью, ударил кулаком по трибуне так, что микрофон разнес силу удара по залу.

***

Оскалив острые клыки, огромный ротвейлер бросился на решетчатую дверь вольера, которая едва не слетела с петель от удара его мощных лап.

Миска с мясом из рук Никиты полетела на землю. Вчерашний морпех рефлекторно отпружинил и суетливо достал пистолет.

– Замочу гада! – сказал он и передернул затвор, но чья-то крепкая рука остановила его вскинутую руку.

– Разве он не один из нас? – прозвучал хрипловатый мужской голос.

Никита удивленно посмотрел на внезапно возникшего Гию, внешний вид которого, как нельзя лучше, соответствовал образу солдата удачи. Впрочем, все обитатели этого коттеджа-базы выглядели примерно так же.

– Что? Не видишь?! – Никита кивнул в сторону вольера. – Жанна сказала, если что – мочить.

– Как его зовут? – спросил Гия, глядя на злобно рычащего пса.

– Гарри.

– Чей зверюга?

– Погиб хозяин.

Гия шагнул к вольеру и по-звериному втянул запах.

– Сидеть! – скомандовал Гия, поднимая руку. – Сиди тихо, и я не причиню тебе зла. Сидеть!

Напряжение ушло из тела зверя, он как бы прислушался. Гия поднял вторую руку, показывая открытые ладони.

– Смотри, Гарри, я безоружен, – сказал он, – но я убью тебя, если хочешь умереть. Если хочешь жить, я буду делиться с тобой едой.

Гарри, глубоко вздыхая, зевнул, клацнул зубами и неожиданно сел.

– Во-от.

Гарри встал, насторожился. Гия опустился на одно колено и в упор посмотрел ему в глаза. Гарри принюхался.

– Запомни мой запах, Гарри, а я запомню твой, и, может быть, мы станем братьями.

Гия поставил миску с мясом за решетку. Гарри перебирая передними лапами, склонил голову.

– Ешь! – сказал Гия, закрыл дверь и спокойно пошел к дому.