Царевна тридевятого царства

Поговаривали, что ему было больше чем триста лет. Правда это или нет, никто не выяснял. Дуб действительно был старым и огромным. Чтобы увидеть его макушку, нужно было высоко задирать голову. А торчащие из земли корни тянулись на несколько метров вокруг. До самой весны дуб не торопился расставаться со своим нарядом. И жесткие, словно деланные из меди, листья висели на черных ветках, тоскливо позвякивая под порывами ветра. Но самым замечательным было то, что в нем было огромное дупло, в котором любила прятаться местная детвора и укрываться от дождя влюбленные парочки.

– Ну точно! – моя догадка оказалась не напрасной. – Музей как раз находится на север от дуба.

– С чего ты взял? – Мишка недоверчиво посмотрел на меня.

– Надо было на географии не спать, а слушать! – я вскочил со скамейки и, схватив девчонку за руку, потащил ее в сторону музея. Мишка нехотя поплелся следом.

– А Степан-царевич хитер был, – успокаивал я не так девочку, как себя. – Знал, что в музее все под охраной.

Я торопился.

– Не так быстро! – попросила девочка. – Я не успеваю.

Я сбавил шаг.

– И сдалась нам эта девчонка! – возмущенно шипел Мишка. – От нее только проблемы. Может она из секты какой-нибудь или того хуже.

– Придумал тоже, – отмахнулся я от Мишкиных замечаний. – Самая обычная девчонка.

– Ага! – не унимался Мишка. – Обычная! Наплела с три короба, а ты поверил. Тут явно что-то нечисто.

– Точно! – я хлопнул себя по лбу. – Познакомиться то мы не успели! Тебя как зовут, царевна?

– Любой, – девочка застенчиво опустила глаза.

– А меня…

– Я знаю, – девочка не дала мне договорить. – Тебя Славой зовут, а твоего друга Мишей.

– Вот видишь, – недовольно зашипел Мишка. – Она даже мысли читать умеет. Точно тебе говорю, что она из секты.

И чтобы Люба не догадалась, а чем он думает, Мишка стал насвистывать. Слуха у него совершенно не было, и поэтому он ужасно фальшивил.

– Мысли я читать не умею, – заверила нас Люба.

– Тогда как ты узнала, как нас зовут? – удивился я.

– Очень просто, – Люба улыбнулась. – Я слышала, как вы друг с другом разговаривали.

– Вот и весь секрет, – я посмотрел на Мишку. Тот перестал свистеть и недовольно пробурчал:

– Вдобавок ко всему она еще и подслушивает!

Я ничего не ответил. К Мишкиному ворчанию я давно привык, к тому же мы уже пришли.