Тихий шепот звезд: Реконструктор. Приручивший пламя

Было хорошо видно, как некоторые матросы что-то кричат ему, приветственно размахивая руками. Качнув в ответ крыльями, Сергей сделал еще один круг и направил машину к видневшейся вдалеке туманной полоске берега. Судя по показанию топливомера, горючего в баке должно было хватить еще минут на тридцать полета, однако свой аэродром надо было еще отыскать.

– Девочка, да не переживай ты так, вернется он, – сказал Густ, приобнимая за плечи безотрывно смотрящую в небо Тейрину.

– Но уже два часа прошло, – девушка шмыгнула носом, – почему так долго?

– А ты хотела, чтобы быстро? Глупенькая… – мужчина ободряющее улыбнулся, хотя душу самого грызли дурные предчувствия.

Тейрина кивнула и, посмотрев на дядю доверчивым взглядом своих больших зеленых глаз, в уголках которых уже поблескивали капельки слез, улыбнулась. Майкунов еще раз улыбнулся и, легонько похлопав девушку по хрупкому плечу, направился к стоящему около ангара коменданту.

Роханцев с невозмутимым видом расхаживал вдоль приоткрытых ворот, дымя аромой и изредка бросая взгляд в неожиданно начавшее хмуриться небо.

– Переживает? – поинтересовался он, едва Густ подошел ближе.

– Она девочка сильная, – корабел вздохнул. – Однако, похоже, лейтенант глубоко запал ей в душу.

– Не вовремя она со своей любовью, – Андре со злостью глянул на потухшую палочку аромы, истлевшую почти до основания, и раздраженно откинул ее в траву, где уже валялось с десяток подобных.

– А любовь она всегда не вовремя.

– Это точно.

Несколько минут молчали. Майкунов задумчиво теребил себя за бороду, думая, что впервые за многие годы видел Тейрину настолько счастливой. И если этот лейтенант сейчас не вернется из своего безумного полета, сможет ли она оправиться от подобного удара или вновь замкнется в себе, как много лет назад после гибели своих родителей.

– Никогда себе не прощу…

Майкунов удивленно посмотрел на Роханцева.

– Лучше бы я лишился погон и угодил под трибунал… погубить такого парня! Такую голову…

В это время крылатая тень на миг затмила небо, и биплан, беззвучно проносясь над головами, коснулся колесами пожухлой травы, резво покатившись к краю поля.

– Рано мы его похоронили, – усмехнулся Майкунов, бегом направляясь к замершему самолету.

– Черт, на последних каплях… – Сергей обессиленно откинулся на спинку сиденья и, стянув с головы шлем, взъерошил рукой взмокшие волосы.