Бродяга

Оставалось только покориться судьбе и, дождавшись появления очередных охотников Конгломерата, передать им юную наследницу, моля о снисхождении к девочке. Он обреченно посмотрел в сторону Кианы, которая с интересом разглядывала какой-то журнал, одновременно жуя сочный анрай, плоды которого лежали в стоявшей на столе вазочке.

– Жалко ее, – вздохнул он.

– Понимаю. – Торговец на мгновение задумался и, бросив рассеянный взгляд на Киану, быстро защелкал пальцами по клавишам компьютера. – Вообще-то есть один вариант, – сказал он через некоторое время неуверенным голосом.

Суйктух устало посмотрел на торкленца, чувствуя полное безразличие.

– Как я понимаю, этот «некто» не торговец.

– Не торговец, – подтвердил трафикатор, – это один из так называемых поисковиков. Они ищут артефакты «старых»,[3 - Старые – общее название цивилизаций, некогда существовавших на территории энвок-зоны и исчезнувших по тем или иным причинам.

– Скитальцы, – поморщился Суйктух. – Это же отрепье…

– Ну, далеко не все.

– В основном. – Вайнс поднялся и, приложив руку к груди, поклонился. – Спасибо. Я подожду еще пару дней. Если что-то появится, дайте мне знать.

– Обязательно, – торговец поднялся из-за стола, поклонившись в ответ. – Всего вам хорошего, господин Суйктух. И все-таки советую вам сходить в порт и поговорить с этим «поисковиком»… если что, поспрашивайте капитана Керка.

– Возможно, я так и сделаю. – Он повернулся к Киане, которая отложила журнал и вопросительно глядела в его сторону. – Пойдемте, госпожа.

* * *

– И что будем делать? – Девочка с грустью посмотрела на своего сопровождающего.

– Не знаю, госпожа, – честно ответил Вайнс, стараясь не смотреть в глаза своей подопечной. – Пока, наверное, найдем где остановиться и будем ждать, может, что подвернется.

Девочка понимающе кивнула и вдруг приобняла Суйктуха, заставив его вздрогнуть.

– Дядя Вайнс, не переживайте, если понадобится, можете отдать меня гарнийцам. Все равно папа и мама… – Киана всхлипнула и тут же отвернулась, кусая губы.

На мгновение Вайнсу стало жутко стыдно перед своей юной спутницей за то, что он, кадровый военный, прошедший несколько войн, поддался отчаянью, а эта малышка, недавно пережившая гибель своих родителей, все еще сохраняет самообладание.