Ассасин

Кстати, она тоже родилась на этих землях и была потомком одного из пришельцев, называемых здесь демонами, случайно попавших в этот мир.

– Мой отец не был призван, – рассказывала волчица, – и очень сильно тосковал по своей родине, но, как ни пытался, обратно вернуться не смог. С детства помню его рассказы о прекрасной стране, где растут деревья из прозрачного камня, а в небесах полыхают три солнца. Между прочим, отец всегда утверждал, что демоны, призванные императором, сильно отличаются от существ, попавших сюда после того, как тот утратил власть над кристаллом.

– И чем же они отличаются? – поинтересовалась эльфийка.

– Не знаю, – вздохнула Ри. – Отец сказал, что они другие.

Волчица замолчала, но через несколько секунд добавила:

– В них жило нечто чуждое, причем чуждое не только этому миру, и отец это чувствовал.

– Странно, – эльфийка задумчиво посмотрела на проводницу. – Насколько я знаю, лайсы – это и есть один из видов демонов, призванных на службу Арании в самом начале.

Я пару раз на них охотилась – злобные, тупые животные. Извини, если обидела, вы все же похожи.

– Я и не обижаюсь, – усмехнулась волчица, – я не лайс. В мире отца наш народ звали эркиртогар – духи леса. Мои предки жили в лесах, что раскинулись вдоль Серебряного моря, и были мирным народом. Так рассказывал мне отец.

– Ясно, – кивнула эльфийка. – Расскажешь о своем мире?

– А что я могу рассказать? – В голосе Ри послышалась нескрываемая грусть.

 – Отец мало что говорил, да и тот мир не мой, я родилась и выросла здесь, в небольшом поселении на западе. Однажды на нас напали кочевники, и в том бою погиб мой отец, защищая своих односельчан. После этого я долго скиталась, пока меня полуживую не подобрал торговый караван, идущий в Рамион, где я и осталась.

– Давно это было? – спросил Дарнир.

– Около тридцати лет назад.

– Давненько, – почему-то вздохнул гигант. – Лекс, дров принеси, а то костер совсем затухает.

Я кивнул и, поднявшись со своего места, отправился к куче хвороста, сложенного чуть в стороне от нашего бивака. Выбрав несколько веток потолще, я вернулся назад и стал одну за другой закидывать в костер, обламывая их по мере надобности. Это первая ночь путешествия… Как-то все получилось быстро и сумбурно. Тавор нас познакомил с необычной проводницей, а на следующий день к вечеру мы уже ехали на невысоких крепких лошадках по пыльной дороге.