Сопроводитель

Он сел за баранку, я попытался было устроиться на заднем сиденье, но светлоглазый крепыш возразил:

– Рядом садись, а то разговаривать неудобно.

Я не совсем понял, почему ему неудобно разговаривать, когда я сижу за спиной. Казалось бы – болтай и болтай. Ан нет. Воспитание не позволяет.

Я пожал плечами, выбрался наружу и, обойдя джип по кругу, уселся на переднее сиденье. Человек с противными глазами запустил мотор и вывел машину на проезжую часть. Шлюхи проводили его призывными взглядами, но он даже не глянул в их сторону.

Пару кварталов мы ехали в полной тишине, и я уже было собрался сам ее нарушить, спросив, какого хрена он затащил меня к себе в машину – помолчать дуэтом, что ли? Но стоило набрать в легкие воздуха, как крепыш, наконец, заговорил.

– Мне посоветовали к тебе обратиться.

– Да, – согласился я. – Ты уже докладывал.

– Сказали, что ты хорошо водишь машину. Это так?

– Ну, если сказали, значит, наверное, так.

– Да или нет? – нервно уточнил он.

– Послушай, – попытался объяснить я. – Я вожу машину. Мне это дело нравится. А вот как я ее вожу – не задумывался. Со стороны виднее.

– Ты скажи только: да или нет! – почему-то взорвался он. – Я не спрашиваю, нравится тебе водить или не нравится. И отвечай только на то, о чем я тебя спрашиваю!

Мне не понравился его тон. Он, конечно, крут всячески, и доллары у него при ходьбе даже изо рта вываливаются. Возможно, он ими вместо туалетной бумаги пользуется, пусть его.

– Останови машину, – сказал я.

Он удивленно скосил на меня левый глаз и спросил:

– Ты чего?

– Машину, говорю, останови. Надоел ты мне, натурально, на первом же вопросе.

Крепыш прижал джип к обочине и, не оборачиваясь, бросил:

– Ну и вали.

– Удачных покупок, – пожелал зачем-то я и выбрался из машины. Захлопнул дверь, сунул руки в карманы и, не торопясь, пошагал к троллейбусной остановке.

Но не успел пройти и сотни метров, как он меня догнал. Припарковав «Паджерик» чуть дальше по ходу движения, выскочил на тротуар и загородил мне дорогу:

– Послушай, успокойся. Ну, я тебе нахамил, ты мне нахамил. Теперь мы в расчете, да?

– Нет, – сказал я. – Я тебе не хамил, я тебе правду говорил. А ты мне начал условия ставить. Меня такая система не устраивает. Не я тебя искал, а ты меня.