Сопроводитель

Скрипя зубами и суставами, я молча вел машину, пытаясь сообразить, правильно ли сделал, послушавшись злого окрика пассажира и отказавшись от преследования гомика с гнилыми зубами. Поступи я по-своему, мог бы узнать много нового, даже, наверное, весьма интересного о тех, кто Леонида Сергеевича преследовал. Если бы догнал.

У клиента, конечно, был свой резон: рвать когти, пока не замочили. Чем меньше мы будем отвлекаться, тем дальше уедем. Если, однако уедем – с такой политикой особо не разгонишься. Тот же педик, обогнав нас на кружной дороге, что теоретически было вполне возможно, мог выскочить из-за ближайшего угла и – попытка не пытка – повторить свой огнестрельный номер на «бис».

Так что, как ни крути, а я со всех сторон оказывался правым. Леонид Сергеевич, соответственно, не правым. И вообще он мне все больше не нравился.

Машин на трассе было не сказать, чтобы очень много, скорее даже, очень немного, так что я спокойно шел на скорости изрядно больше шестидесяти кэмэче, на всякий случай покручивая головой по сторонам – а не проявится ли где товарищ гаишник, работа которого состоит в том, чтобы делать честным водилам вроде меня разные нехорошие пакости, как то: штрафовать, изымать права, портить нервы, сворачивать кровь и далее в том же духе.

В это утро мне, говоря откровенно, повезло. Стражи дорожного порядка дрыхли, считая, что свой долг перед государством они выполнят гораздо лучше, если выйдут на трассу, скажем, под вечер.

Так что я без помех пролетел через весь город при полном попустительстве властей, и довольно скоро оказался на загородном шоссе, где вздохнул более или менее свободно. Опасность внезапного появления гомиков с гнилыми зубами и нехорошими намерениями относительно Леонида Сергеевича – а прицепом и меня, любимого – стала намного расплывчатее.

С радостью осознав сей факт всем своим организмом, – начиная от кончиков волос поверх кожи и заканчивая слепой кишкой, которую мне так и не вырезали вовремя, – я решил, что стоит предпринять еще одну попытку завязать душевный разговор с Леонидом Сергеевичем.

– Эй, пассажир! – весело сказал я в зеркало заднего вида. – Радуйся. Кажется, натурально, вырвались. С тебя бутылка.

– Тебе заплатили аванс, – холодно обронил тот. – Так что закрой рот и крути баранку.