Когда умирают боги

Артемиде все казалось ясно и просто. На всякий случай я все же уточнил:

– Насколько я понял, пытаться что-нибудь тебе доказать – затея безнадежная?

– Ты верно понял, – ответ был вполне ожидаемым.

– А ты упрямое создание. Именно поэтому у тебя с Гераклом любви и взаимопонимания не случилось?

– Не у меня с Гераклом, а у Геракла со мной! – раздраженно бросила она. – И вообще – это не твое дело!

– Точно, не мое. А вот что ты собираешься со мной делать? Это, кажется, мое дело?

– Убью, – она быстро взяла себя в руки и посмотрела на меня уже абсолютно спокойно.

 – Нанесу превентивный удар.

– Понятно, – я кивнул. – Я и сам начал догадываться, что к этому идет. Мне другое непонятно – зачем ты везешь меня куда-то? Убить можно и здесь.

– Не хочу, чтобы лешие и местные лесные духи видели, как ссорятся два олимпийца, – «ссориться» – это, на мой взгляд, было слишком мягко сказано, но Артемиду приблизительность выражения не смутила. – Отвезу тебя поближе к селеньям. Там людей много, там духи стараются не появляться.

– А то, что ты сейчас вслух сообщила, что убьешь меня – это нормально? – я криво усмехнулся. – Твои знакомые духи могут услышать. Что они о нас подумают?

– Не услышат, – спокойно возразила она. – Течение сильное, вода шумит громко. А мы с тобой не кричим, спокойно разговариваем.

Спокойно, да. Вот только продолжать этот спокойный разговор мне показалось бессмысленным. Дальше, если я хотел жить, нужно было переходить к действиям.

Хотя со связанными руками ни о каких действиях с моей стороны и речи быть не могло. Но я не хотел оставлять мир без своего замечательного общества, а потому решил подумать, каким образом освободить себе руки. Для начала. А там видно будет.

По моим расчетам, – весьма приблизительным, потому что кальки, как и всего остального имущества, волею пленившей меня Артемиды я был лишен, – до тех мест, где она сочтет возможным убить меня, мы должны были добраться лишь к вечеру. Так что времени на раздумья еще хватало.

И я, переключив внимание со своей спутницы на проплывающий мимо пейзаж, принялся размышлять.

Занятие, как оказалось, в данном случае бесполезное. Два часа мы плыли вниз по течению, и я с тем же успехом мог бы не думать вообще, целиком сосредоточившись на созерцании природы. Тем более – посмотреть было, на что. Все та же девственная тайга, но, по мере удаления от Сихотэ-Алиньского хребта, становившаяся разнообразнее и пышнее.