Хозяин

Нарзана и его коллег совсем не заинтересовала чужая «Волга», пронесшаяся мимо с нечеловеческой скоростью. На шепелявое тело за моей спиной они либо не обратили внимания, либо вовсе не заметили. Внезапное изменение моих планов их тоже не смутило. Короче, они не стали выяснять со мной отношения на предмет того, что я увел клиента. При том, что это был как раз тот редкий случай, когда я бы предпочел уступить его. Ну, или на худой конец поиметь дело с ними, а не с острием ножа у меня под ухом.

А шепелявый на заднем сиденье молча, хоть и очень громко, продолжал сопеть в свои две дырочки.

А машина меж тем продолжала все дальше и дальше удаляться от автовокзала. Куда – непонятно. Последнее обстоятельство вызывало у меня досаду – как любой уважающий себя великий кормчий, я предпочитал иметь хотя бы примерное представление о том, куда рулить. Поскольку шепелявый продолжал хранить на сей счет таинственное молчание, я решил подтолкнуть пассажира сам. А потому осторожно, чтобы не рассердить его ножик, поинтересовался:

– Слышь, командир, – вкрадчиво поинтересовался я.

 – Ты, вроде, торопился куда-то. Мы не опаздываем, нет?

– Заткнись, урод, – сказал он. – Рули давай.

– Да куда мне рулить?! – ситуация начала помаленьку заводить меня, но нож у шеи пока сдерживал. – Ты перспективы-то обрисуй!

– К скверику вон тому рули, – подсказал он, имея в виду островок древесно-стружечных насаждений слева по курсу.

Это было хоть что-то. Я даже злиться перестал. Подъехал к скверику и припарковался у обочины.

Шепелявый покинул мою машину по-английски, оказавшись при этом огненно-рыжим типом. Ни тебе «здравствуй», ни «прощай». Никогда рыжих не любил. Он только дверцей хлопнул. Быстро, по-воровски огляделся и потопал по аллее в голубую даль. Даже ножик с собой унес.

Я – человек мирной профессии, но мне это не очень понравилось. Понимаю – спешил гражданин. Ножик у шеи подержал. Может, просто словами убеждать не научился. Дефекта речи стеснялся. А с ножиком все было понятно быстро и без слов.

Но ведь нужно и благодарность какую-то иметь.

Я его – с ветерком, аккурат туда, куда он и просил. А он ко мне – задом. Нехорошо.

Нащупав под сиденьем монтировку, я тоже покинул машину и прокричал в его презрительно удаляющуюся спину:

– Слышь, а ты мне бабок за «прокатился» не хочешь подкинуть? Мне много не надо – червончик-другой, чтоб на хлеб с салом хватило.

Вместо ответа он, не оборачиваясь, продемонстрировал мне средний американский палец. Совсем нехорошо.