Эй, просыпайтесь!

Мастер йоги внимательно оглядел всех нас и, задержав свой взор на Генке, немного помолчав, вдруг предложил:

– А тебе слабо пройтись вместе со мной? Если исполнишься веры, я готов взять тебя на прогулку.

– По воде лишь водомерки бегают, – рассмеялся Генка.

Гуру не обиделся на его выпад и пояснил:

– Человек и его физическое тело не одно и то же. Физическое тело подобно песчинке, окруженной тонкими телами, тончайшие из которых не ограничены ни временем, ни пространством. Благодаря своей безграничности мы способны воспринимать боль и красоту других людей, других живых существ как свои собственные, а при желании и соответствующем настрое творить чудеса – нечто неподвластное законам материального мира.

У тебя довольно чистая аура. Глубокий пост в потоках мантр, йога, серия медитаций и дыхательные упражнения помогут тебе осознать свою безграничность. Если будешь прилежным учеником, на сто процентов войдешь в процесс и не струсишь, то дней через девять, опираясь на мою руку, пройдешь по воде так далеко, как захочешь. Я второй раз приглашаю, согласен?

– Генка, дурак, такой шанс выпал! – подступил к нему лидер нашей группы Серега Лебедев.

– Но я не верю! – зашептал тот в ответ. – Да и плавать толком не умею. Добровольно отправляться камнем на дно – глупость несусветная.

– Я согласен пойти вместо него, – подняв руку, выкрикнул Серега.

Мастер йоги перевел взор на нашего признанного вожака, помолчал и отрицательно покачал головой:

– Это невозможно.

– Почему?

– Тебя удержать мне не под силу, – и, подсластив пилюлю, пояснил: – За свою долгую жизнь я не часто видел людей с такой чистой аурой, как у вашего друга.

Так что не обессудьте: либо он, либо никто.

Генка, зримо уменьшившись в объеме, передвинулся со своего места за широкую спину Лебедева.

– Коль трусишь, то зачем рот разевал? – дернула его за рукав рубашки Галя. – Встань и извинись перед мастером.

Генка испуганно огляделся по сторонам, задержал на несколько секунд взор на Гале, сглотнул слюну и, поднявшись в рост, вдруг выдал:

– Согласен.

Гуру пригласил его до захода солнца со своим йога-матиком переселиться под пальмовую крышу огороженного высоким штакетником бунгало, сиротливого стоявшего на берегу океана в паре километров от нас.

Следующие девять дней Генку мы не видели.

Исхудалый, с заросшим щетиной лицом, он материализовался в дверном проеме продуваемой ветрами обширной чердачной комнаты утром десятого дня.