S-T-I-K-S. Вмерзшие

Мне нужна твоя помощь. Это срочно! – я просто искрил от переполнявших эмоций.

– Что?

– Нужно сделать один эпичный кадр. Ты идеально подходишь, бежим скорей.

– Но… – пытался было запротестовать он.

Я потащил его на улицу через запасной выход, Сема еле успел схватить с вешалки куртку с шапкой.

– Дело пяти минут, – успокоил я его, сунув в руки штатив.

Мы пробрались через сугробы к краю пропасти на заднем дворе клуба. Я вытоптал поляну у самого обрыва. Семен в своей красной куртке и легкой шапке выжидающе смотрел на меня.

– Вставай вот сюда. Глаза закрой, голову чуть подними и руки в стороны расставь.

Я установил фотоаппарат на штатив и выставил таймер. Посмотрел на Сему. Вот он. Рост чуть ниже среднего, слегка загорелое лицо, козлиная бородка, светлые, почти рыжие волосы. Точная копия моего крестного по кличке Козел. Он говорил, что это все из-за бородки, но учитывая, что подонок бросил меня, а сам свалил, мне кажется, что дело вовсе не в ней.

– Готов? – спросил я.

– Да.

– Кстати, поздравляю, ты умираешь пятьдесят второй раз за год.

– Не понял?

– Сейчас поймешь, – сказал я и ударил его ногой в грудь, аля «this is Sparta!».

Точнее «this is STIKS!».

Раздался удаляющийся крик. Я заглянул через край пропасти и с трудом разглядел изломанную фигурку на дне обрыва. Подошел к фотоаппарату и посмотрел. Крутой кадр. Вышло прям-таки кинематографично.

Моя нога, тело Семена, запрокидывающееся назад. Его расширившиеся от ужаса глаза. Последний раз должен быть самый эпичный.

С тех пор, как остался здесь один, единственной моей отрадой было убийство двойника крестного. Такая игра с самим собой. Убивать его каждую перезагрузку и ни разу не повториться в выборе метода умерщвления. Надо же чем-то себя занять.

Пожалуй, стоит рассказать обо всей ситуации поподробней.

Мой кластер расположен на высоте около километра на плоской вершине горы. С каждой из сторон его окружают отвесные обрывы. Словно Улей спрятал ото всех свой маленький эксперимент.

Кластер перезагружается каждую неделю. Те, кто в это время катается на фуникулёре, сразу улетают в пропасть. Если посмотреть через край, то можно увидеть множество раскуроченных кабинок.

Обычно один оставшийся в живых самый сильный зараженный к этому времени успевает отъедаться до рубера или сугробника, как здесь говорят. От безысходности перед перезагрузкой он спрыгивает с горы и если каким-то чудом выживает, уходит, а точнее, уползает на изломанных ногах.