S-T-I-K-S. Подкидыши Улья

Дверь за его спиной с грохотом захлопнулась, отрезая путь к отступлению.

Ника несколько раз провернула засов, прижалась спиной к двери и, тихо плача, сползла на пол. За что ей все это? Ведь все было так хорошо. С тех пор, как она сошлась с Андреем. Эти полтора года были самые счастливые в жизни их обоих, а тут такое.

Ника разрывалась на части от противоречий. С одной стороны, ей хотелось припасть к глазку и наблюдать, несмотря на свой атеизм, молиться всем богам, чтобы у Андрея все было хорошо. С другой, она боялась увидеть, как его убьют, и остаться одной в этом кошмаре.

Андрей часто упрекал ее за то, что она всегда представляла худший исход ситуации, так ей проще было принять негативный результат, если все кончится плохо.

Так, все, нужно взять себя в руки. Один раз, ради Андрея. Если он вернется. Тьфу, дура. Когда он вернется, рюкзак должен быть собран. Ника встала и направилась в комнату, напевая дурацкую попсовую песню, лишь бы не слышать того, что сейчас начнется в подъезде.

Андрей дождался, пока провернется засов, и щелкнул фонариком. На верхних этажах площадки освещаются через окна. Но на первом пространство от подъездной двери до квартир находилось в полумраке, к тому же под лестницу свет вообще не проникал.

Непонятные звуки наверху затихли, Андрей осмотрелся, боясь даже пошевелиться. Сцена перед дверью читалась легко, как детская книга, тут явно кого-то схарчили. В обрывках пропитанного кровью тряпья валялись кости. Кровавый след идет в соседскую дверь.

«Так же легко, как мороженую курицу. Так же легко, как в кино» – повторял он в голове глупую мантру. Андрею уже приходилось убивать, но то было убийство в состоянии аффекта, он помнил лишь черную пелену, а потом как приходит в себя бредущим по дороге, по локоть перепачканным в крови.

Только он сделал шаг к соседской двери, как сверху раздался дикий гортанный крик, сменившийся урчанием.

Сердце Андрея бешено заколотилось, а мантра в голове ускорилась. Еще секунда, и противник показался на лестничной площадке. Босой мужик среднего роста, в трениках и окровавленной майке «алкоголичке». Сосед со второго этажа, они там все живут от пьянки до пьянки. Самое страшное, что у них у всех дети. В глазу у него торчала вилка, на которой висел кусок колбасы. Видно, обратился прям посреди застолья.