Древоходец. Книга вторая. Вместе с дублем

Я выходил на ринг против чемпиона Европы – не мандражировал, – продолжил он, – А при повторном приёме, сел к ней кресло, – она только зыркнула своими крысиными глазками, а у меня с сердцем плохо.

– Врача-то не Ларисой звали? – поинтересовался тогда Костя.

– Да не помню я как её звали, а если бы и помнил, постарался бы скорее забыть.

Дети Лариски, уедут в Германию, а она откажется. Оно и понятно – кому там нужна со своими особыми навыками: гестапо давно нет, специалисты типа доктора Менгеля тоже не востребованы.

Брат Генка переберётся в Германию, вместе со своими детьми, а Лариска так и останется в России и даже ещё в семьдесят лет, будет продолжать лечить зубы.

Прерывая игру аккордеона, прозвучало приглашение к столу, и все, обходя дом, потянулись в сад, где и были накрыты столы.

Народу было не слишком много: среди них человек пять из одноклассников Генки по школе и по техникуму, некоторые с подружками; соседи, живущие рядом за забором; родственники со стороны отца.

Во главе стола сидел Генка. Он, по-видимому, уже выпил и был немного истерично весел. Костю усадили рядом с Лариской, и она потребовала, чтобы он за ней ухаживал: подкладывал на тарелку и подливал вина.

Прозвучало несколько тостов, за удачное прохождение службы. Себе Костя наливал сухое красное вино, достаточно противное, под названием «Каберне».

Под строгим взглядом сидевшего через стол напротив, дяди Павла – отца Лариски, та тоже пила «Каберне», почему-то запивая чистой водой из гранёного стакана. Воду, по её просьбе, наливал Костя из стоящего рядом кувшина.

Генка к своим девятнадцати годам набрал вес, заматерел и из глистастого подростка превратился в высокого, пропорционально сложенного юношу. Сейчас он раскраснелся и, размахивая руками, начал объяснять своим друзьям, что мамка, работающая фельдшером при шахте, якобы легко могла через знакомых докторов отмазать его от армии, но он ей сказал, что не надо: «Потому, как любой нормальный парень, обязан отслужить в армии».

Костя, услышав всё это, про себя хмыкнул: Любочка – мать Генки, приходила к ним занять денег на взятку докторам. Или нужной суммы не набрали, или нужного человека не нашли, но сделать освобождение от армии не удалось, чем Генка был невероятно расстроен.