Древоходец. Книга вторая. Вместе с дублем

Резким махом ноги, отправил в полёт по направлению к помойке сначала бабушкину туфлю, затем уже рукой свою и босиком направился к дому.

Общая дверь с улицы была открыта, не заперта дверь и в половину бабушки. Сразу заходить в комнату не стал, боясь испугать неожиданным появлением, поэтому остановился в проёме и негромко крикнул: «Бабуль, бабуль, я вернулся!».

Дальше были и объятия, и рыдания, и звонок матери Кости. Во время телефонного разговора бабушка так громко кричала в телефон: «Вернулся, вернулся!», что, наверное, её можно было услышать на обоих концах деревни.

На крик прибежал сосед – Григорич и опять пришлось повторять «пургу» про Курский вокзал в Москве, а дальше на всё отвечать: «Не знаю, не помню». А, как оказалось, не помнил Костя последние четверо суток – столько он провёл в «зависе».

Мать и бабушка друг-другу шёпотом высказывали свои наблюдения: мальчик четыре дня болтался неизвестно где, но чист опрятен, в стиранной одежде, единственное – босой.

На вопросы: Кто за тобой ухаживал?», – отвечать Косте было легко и приятно: «Не помню!», и при этом виновато улыбался.

Через несколько дней всё успокоилось, и, убедившись в его адекватности, разрешили одному выходить на улицу.

Поначалу сильно досаждали жители деревни с вопросом: «Где он был?», на что Костя коротко и с вызовом отвечал: «Гулял!».

Выбрав время, попробовал связаться с Костушем. Делал это с опаской, боясь опять уйти «в разнос». Первая же попытка оказалась удачной, без всяких последствий для рассудка, только несколько минут оцепенения, правда, затем он ещё пару часов лежал на диване, просматривая и осмысливая последние события произошедшие с Костушем.

Это только при начальном слиянии, в сознание Кости хлынуло слишком много информации, с которой мозг не смог справиться, сейчас обошлось без проблем.

В дальнейшем и оцепенение при контакте будет занимать намного меньше времени, доходя до пяти, или десяти секунд, в зависимости от объёма воспоминаний.

Даже такое короткое оцепенение, могло доставить много неприятностей, но Костуш быстро научился, в случае необходимости, как бы «не поднимать трубку», отказывая в приёме, понятно, это сразу перенял и Костя.

После нескольких контактов выработали алгоритм общения. При слиянии сознаний поступали все воспоминания о последних событиях, и вычленить из всего нагромождения мыслей и образов что-то конкретное, было сложно.