Мастер третьего ранга

Где, где же еще не смотрели, что могли пропустить? Ведь уже на третий круг пошли одно и то же проверять.

Он смотрел на растущие вокруг усадьбы деревья и кусты. Они действительно были больны. Зелень становилась серой, кое–где начинала желтеть, и покрывалась плесневыми пятнышками. Все в округе, словно было заражено неведомым злом.

Наконец насытился и Юра. Поглядывая в сторону няньки, он достал свирель и стал наигрывать тихую пока еще не стройную, но печальную мелодию. Настроившись как следует, он заиграл ровней.

Свирель залилась чистой печалью.

Его мелодии всегда были полны боли и грусти. Иван, конечно, делал замечания, что для свирели можно было сочинить, что–то повеселей, но парень упорно продолжал сочинять такие вот больно вгрызающиеся в душу песни, выбивавшие невольную слезу.

В тот момент, на улице кушали и хозяйские детишки. Ну как кушали, нянька постоянно отвлекаясь на Юру, пыталась их силой накормить. Иван не сразу заметил, что куда–то запропастился, не отстающий от них ни на шаг Гром.

Заметил и тут же забыл, думая о затянувшемся деле. Пока не послышался отдаленный крик, и грозный лай пса. Плеснуло силой, на самом ее излете. Раздался визг, которого Иван еще в жизни не слышал.

Они с подмастерьем вскочили едва, не перевернув стол, и бросились к мотоциклу за оружием.

Пес не прекращал лаять, и Иван, держа в руках дробовик, уверенно шел на звук. Подмастерье с пистолетом прикрывал тыл.

За густыми кустами, на краю поля, позади рычащего, и лающего, разбрасывая от злости пену пса, лежал стонущий, раненый мужчина.

А перед псом, вспучивалась и дрожала земля. Из взбухшей земляной кочки, вдруг вынырнула могучая когтистая лапа. Она была похожа на кротовью, но с более длинными когтями и покрытая сплошной, крупной, роговой, серой чешуей.

Гром метнулся в сторону, и когти вонзились в расслоившийся камень, на котором, он миг назад стоял.

Иван не решился стрелять из дробовика, боясь, что зацепит пса, а вот подмастерье несколько раз выстрелил в лапу твари из пистолета.

Попавшая в нее пуля срикошетила, и со свистом унеслась в изломанную пшеницу.

– Назад! – скомандовал Иван и подхватил раненного, Юра бросился помогать. – Гром, за мной!

Они спешно отступали, волоча раненого. Пес побежал за ними, а чудовище больше не посмело высовываться из взрыхленной земли.

– Ну как он? – спросил Иван вышедшего на крыльцо хозяина.

– Рана серьезная, он теряет кровь, а сквозь порезы на животе вообще кишки видны. Нужен лекарь.