Укротители демонов

Все это выдавало что начальник городской стражи находится в куда худшем расположении духа, чем обычно. Учитывая, что обыкновенным его состоянием было недовольство окружающим миром вообще, и подчиненными в частности, Торопливых, попавших сегодня в кабинет к Мухомору, ждали нелегкие испытания.

Но лейтенанту Лахову и сержанту Калису деваться было некуда.

Сохраняя выражение лица, обычно свойственное придорожным столбам, они стояли навытяжку перед столом МЕНТа и старались пореже моргать. На всякий случай.

– Какие достижения на ниве раскрытия убийства в университете? – повторил вопрос Мухомор, сформулировав его слегка по-другому.

– Э… – глубокомысленно изрек Лахов. – Был проведен допрос свидетеля.

– Так что, есть свидетель? – удивился Мухомор. – И почему же преступление до сих пор не раскрыто?

– Дело в том, – лейтенант слегка осмелел, слыша рядом подбадривающее сопение Калиса, – что свидетель – растение.

– Не понял? – на мгновение МЕНТ растерялся, затем щеки его вновь запылали гневом.

– Нет, не с дубами, – вмешался сержант, приходя на помощь сникшему под напором начальства коллеге. – Это мандрагора, говорящий куст.

– И чего она сказала?

– А ничего дельного, – вновь обрел голос Лахов. – Долго ругалась, что мы к ней пристаем, потом сообщила, что ничего видеть не могла, так как глаз не имеет, а когда я на нее надавил, то заявила, что занесена в Красную Книгу и будет жаловаться в ВЦСПС…

– Куда занесена? – вновь оторопел Мухомор.

– А я почем знаю, – пожал плечами лейтенант. – Но звучит грозно. Выкрутишь ей листики, а тебя потом маги в жабу превратят…

– Что с телом? Каково заключение Знатоков? – гневный визг вновь прорезалось в голосе главного стражника.

– Тело мы доставили, – бодро отрапортовал Калис, – но Знатоки в недоумении, такого способа убийства они не знают…

– Дармоеды, зачем только кормим, – проворчал МЕНТ.

– Он… все на задании… – плутовато моргнув, ответил Лахов.

– Что? – Мухомор резко вскочил, загрохотал отодвигаемый стул. – Вы до сих пор не нашли его? Как такое возможно!

– Он внутри университета, – сказал Калис, испытывая сильное желание достать арбалет (а их происходящий из воинственных горцев сержант таскал с собой ровно пять штук) и пустить стрелу себе прямо в лоб, – это нам известно точно.